| Science Fiction In the Real World |
[Sep. 16th, 2026|02:56 pm] |
| [Tags | | | comics, cyber-punk, film, history, memuar, metalit, philip dick, review, sci fi, space, spinrad, thomas disch | ] |
| [ | Current Mood |
| | sleepy | ] |
| [ | Current Music |
| | Языческий культ Демографии | Михаил Пожарский | ] |

Норман Спинрад Научная фантастика в реальном мире 1990
Томас Диш написал две нон-фикшн книги о фантастики «Мечты, из из которых сделаны наши вещи» и «про НФ». Причем, вторая книга это сборник рецензий Диша из периодики. И эта книга Нормана Спинрада, «фантастика в реальном мире», устроена так же. Она в основном составлена из обзоров, опубликованных в журнале Asimov's science fiction. Я не смог найти эту книгу. Но я нашел архив этого журнала, который обрывается как-раз с концом 80-х. И я читал обзоры Спинрода из этого журнала. Что можно еще интересного сказать про Журнал Asimov's Science Fiction? Каждый номер открывался колонкой Исаака Азимова, сам Спинрад публиковал свои обзоры раз в два-четыре номера. Последний обзор Спинрада можно найти в номере от марто-апреля 2025-го года. Но я читал только до конца 80-х и взял еще несколько номеров из 90-х и 2000-х из другого источника. Забавно, что обзоры Спинрада соседствовали с популярными математическими статьями от Мартина Гарднера, а также обзораии на игры. Причем в большей степени не столько компьютерные, сколько на настольные рпг. Настолько популярны они были в 80-х! Но в одном из номеров был хвалебный обзор на «Sid Meier's Pirates». Вот такой вот игрожур, внезапно. Но в этом посте я хотел бы сосредоточиться на взглядах самого Спинрада и их критике.
Начнем с истории фантастики как таковой. Спинрад считает, что жанр фэнтази существовал почти всегда как своего рода жанр ур-литературы. Мир делился на понятное-бытовое и неизведанное-далекое. Но, до появления формальной науке люди не пытались организовать неизведеанное-далекое, и реальность была текучей и изменчивости. И фэнтази это именно литература о неизвестном. Например, к жанру фэнтази Спинрад относит, и Одиссею Гомера, и скандинавские саги. Это донаучное состояние мира проявлялась в том, например, что никто из слушателей Гомера не мог задаться вопросом, где именно находится остров с Циклопом. Но вместе с промышленной революцией появилось идея о научном факте, и это создало запрос на фэнтази структурированное в соответствии с научными фактами, что привело к возникновению научной фантастики. Cпинрад соглашается с Брайанном Олдиссом, что первым фантастическим произведением был «Франкенштей» Мэрри Шэлли. Это довольно поздно для теории Спинрада, потому что идея научного факта появилась намного раньше во времена Декарта и Фрэнсиса Бэкона. Потому что в соответствии с этой теорией научная фантастика возникает вместе с наукой. Поэтому в качестве точки старта фантастики мне хочется предложить роман «комическая история государств и империй Луны»(1657) Сирано де Бержеракa, который как-раз был современником Декарта. Но это противоречет идеи британско-англофонной исключительности Спинрада-Олдиса, и наверное можно придумать много аргументов против этого. Например, что произведение Сирано де Бержеракa сатирическое. Еще более древние кандидаты «Cомниум» (1632) Иоганна Кеплера или «человек на луне» (1634) Фрэнсиса Годвина, а то и «Правдивая История» Лукиана. Тут в целом может быть много разных аргументов. Алан Мур, например, считает родоначльником НФ Люциана, а Диш, для которого был важен генетический принцип, Эдгара Алана По. Проблема с Лукианом в том, что его «правдивая история» как-раз в том, что она неправдивая. С другой стороны, разве не в неправдивости заключается один из принципов фантастики. В рамках теории Спинрада особо интересен Сомниум Кеплера. Аргумент против Сомниум может строиться на том, что это все сон собаки. С другой стороны это именно пример ситуации, когда ученный пытается объяснить своей аудитории научный факт на примере воображаемой истории. Тоже, чем не твердая НФ?
А что дальше? Дальше Спинрад признает за Жюль Верном звание отца твердой научной фантастики. Хотя как мы только что видели, на это звание мог подойти Кеплер. Но во всяком случае Жюль Верн проходит генетический тест на «отцовство». Подражетелей у него было достаточно. Но Спинрад критикует Жюля Верна за литературную топорность. Свои литературные истоки он видит не в нем, а в Герберте Уэльсе, которого называет первым писателем, начавшем писать «социальную фантастику». Не уверен, насколько это верно. Но серьезных аргументов против этого тезиса у меня нет. Не называть же фантастикой «путешествие Гуливера» Свифта или «Утопию» Томаса Мора.
После этого на сцену уже в США выходит первое поколение пульповых писателей, которые создают «жанр сай-фай» в конце 20-х годов. Почему пульпа появилась именно в США, именно в это время я не знаю. Но видимо тут совпали Великая Депресия, вызывающая эскапизм и относительное безденежье, нехватка денег на серьезную литературу, относительно высокий уровень грамотности, и то, что безденежье все же было относительным и у народа все равно оставалось достаточно денег, чтобы даже у школьников были «ланч-мани». И именно отъемом этих самых «ланч-мани&taquo; у школьников и занималось это поколение писателей, печатавшееся на самой дешевой возможной бумаге. Конечно, пульпа не ограничивалась Сай-Фай. Взрослые пролетарии предпочитали простые реалистичные истории про мордобой, но, видимо, на то как школьники читают «научные» истории про мордобой, а не просто истории про мордобой, взрослые смотрели сквозь пальцы. Напоминает истории с сайтами с флещ-играми в середине нулевых, которые маскировались под образовательные. Аудитория у первых НФ журналов была примерно такая же. Но тогда этой аудиторией эти воспринималось как нечто потрясающее. И эти авторы запомнились как «Золотой Век Сай-Фай». И ценности и содержание у этой эпохи были соответствующие: герои торжестввующие над злом, оптимистичные взгляды на технологии и будущее человечество, асексуальные или почти асексуальные персонажи, прямолинейный патриотизм, моральная простота, простая ясная проза. Спинрад приводит имена: Хайнлайн, Азимов, Кларк, Ван Вогт, Брэдбери, Каттнер, Мур и Лейбер. Эдгар Райс Берроуз сюда не входит, но его можно считать однозначным источником влияния вместе с Жуль Верном.
Этот период для Спинрада кончается со взрывом первой атомной бомбы. Поэтому следующую эпоху можно назвать не «cеребрянным», а «атомным веком». После мясорубки второй мировой войны и первых атомных взрывов у писателей появляется подозрение в абсолютной благости технологий и государства. Тем не менее писатели этого поколения в значительной степени оперируют языком золотого века с роботами, пучеглазыми инопланетянами и звездолетами. Это относится и к наполнения и к философской ориентации их произведений. То есть мы видим определенную борьбу между старыми и новыми ценностями. Также неустойчивым в этот период является и формат. Постепенно происходит переход от пульповых журналов к маленьким книжкам в мягкой обложки, которые Филип Дик называл книжками-сиротками. Поэтому легко сделать вывод что в эту эпоху писателям «жанра сай-фай» мало платят и отказывают в уважения. Но тем не менее в этот период НФ постепенно становится более взрослой. Можно сказать, что фантастика росла вместе со своими читателями. Но почти все издатели подвергали ее цензуре Кроме вышеупомянутого Филипа Дика к авторам этой эпохи Спинрад относит имена: Стерджен, Андерсон, Диксон, Найт, Будрис, Поль, Корнблут, Бестер.
После «Атомного Века» наступила «эпоха новой волны». Именно к этой эпохе Спинрад относит самого себя. И его мнение об этом течении особенно интересно. А еще тут появляются такие имена как Желязны, Дилэни, Диш, Муркок, Расс, Ле Гуин, Мальцберг, Вильгельм, Баллард, Бенфорд, Спинрад. Плюс сюда плавно перетекают писатели из предыдущей эпохи такие как Сильверберг, Элисон, Брайер и Олдисс. Вообще эти разделения между эпохами довольно условные. Потому что многие писатели старшего поколения подтягивались, в то время как кто-то продолжал ехать по инерции. Вообще, у фантастики новой волны были конкретные точки сборки, британский журнал «New Worlds» и американская антология «Dangeroes Visions» Харлана Элисона. Вообще если посмотреть, то у Харлана Элисона публиковались все подряд. Поэтому на самом деле центр Новой Волны только один и это «New Worlds». Хотя при этом подходе не понятно куда девать Ле Гуин, Расс, Бенфорда и других авторов у которых карьера началась в 60-е. Характеристикой Новой Волны считается ее связь с контр-культурой, и бескомпромиссный отказ от самоцензуры. Также можно сказать, что тут паранойя «атомного века» достигла своего пика. Например в одном из номеров Баллард опубликовал обзор на Майн Кампф. Но спинрад считает, что главным атрибутом фантастики был ее стиль: отказ от ясной прозы, и активные эксперименты с языком. А все остальное било ключом, потому что журнал New Worlds был единственным открытым клапаном но огромной трубе, где не было цензуры. Из-за того что журнал New waves издавался в Британии, то и у Новой Волны был определенный Британский окрас. Спинрад пишет, что сам Герберт Уэльс мог бы найти место на его страницах. И считал, что его направление — это как-раз развитие идей Уэльса.
Следующее поколение можно назвать «поколением новой надежды». Это и как отсылка к первому фильму Звездных Войн а как противопоставление Новой Волне. Основной характеристикой этого поколения можно назвать преодоление прошлой паранойи и поиск новых коммерческих формул. Спинрад относит к этой эпохе имена: Джон Варли, Вонда Макинтайр, Эдвард Брайант, Гарднер Дозуа, Джордж Р. Р. Мартин, Орсон Скотт Кард, Джоан Виндж, Сомтоу Сучариткул, Иэн Уотсон, Майкл Бишоп, Джерри Пурнелл и Джо Холдеман + Ларри Нивен. Хотя Ларри Нивен начал публиковаться раньше остальных. Это поколение утвердило новый формат больших фантастических сериалов. Это вместе с хайпом от «Звездных Войн» снова сделало фантастику коммерчески привлекательной. Но они же и утвердили определенный канон, создали новую издательскую бюрократию и превратили написание фантастики в курсы в колледже. Это все неминуемо привело к застою в жанре. Издательства сильно увеличили выручку от НФ. Но в то же время они активно мешали НФ с литературными сериалами, с новелизациями сериалов телевизионных и игр, а также просто с фэнтази, включая даже новелизации «dungeon and dragons». Cледующее поколение писателей формировалось в значительной степени под влиянием этой бюрократии. Поэтому Спинрад не может его нормально характеризовать. Хотя он выделяет такие имена как: «Руди Рюкер, Джеймс Морроу, А. А. Аттаназио, Пол Пройсс, Дэвид Брин, Луциус Шепард, Ким Стэнли Робинсон, К. У. Джетер». В это время Спинрад замечает раскол между американской и Британской фантастикой. "Новая волна проиграла в Америке и победила в Британии" — пишет Спинрад. Он замечает непригодность Британских авторов для американского книжного рынка. И эта непригодность прямо пропорциональна их близости к Британскому литературном истеблишменту, к серьезной литературе, чем американские авторы похвастаться не могут. Значительные британские фантасты по Спинраду: Джон Уиндем, Д. Г. Комптон, Кит Робертс, Э. К. Табб, Джон Кристофер, а также более современные авторы — Иэн Уотсон и Кристофер Прист. Но Спинрад не владел полной картиной происходящего. Например, они ничего не знал о мире британских комиксов, где как-раз доминировала фантастика, а не супергерои. Например, можно вспомнить комиксы 2000AD, журнал комиксов Warrior, и комиксы по мотивам Доктора Кто и ужастиков студии Hammer. Из этого на Америку скоро изольется вторжение Британских авторов. К которому, например, относится Адан Мур. Впоследствии многие Британские авторы будут писать новелизации вселенной Warhammer 40k, которую можно считать продолжателем комиксов 2000AD, и как не странно, и британской Новой Волны созданной Муркоком. Там даже общие а авторы есть, так что с Британской фантастикой не все так однозначно.
Но не один застой не мог продолжаться вечно. Шоком для американской фантастики 80-х стал «кибер-панк». Начало этому движению положил роман Уильяма Гибсона «Нейромант» 1984-го года. Спинрад даже предлагает альтернативное название для жанра «Нейромантка» (Neuromantics). Тут налицо игра слов Neu + Romantics, то есть новые романтики. Спинрад считает, что кибер-панк покоится на двух китах. Это кибер — то есть центральность для сюжета различных модификаций тела, в том числе и биологических. И собственно панк, что на поверхностном уровне проявляется к любви к тяжелому року. Но на более глубоком уровне Спинрад с одной стороны видит в панке движению интеллектуалов, сознательно выбирающих анти-интеллектуальные формы культуры. А с другой стороны отказ от эстетики хиппи. Вот что для него важно в кибер-панке. Другой принцип «High tech - low life» Cпинрад не считает нужным отметить, в отличие от того же Томаса Диша. На мой взгляд это большая ошибка. И то что выделяет Спинрад это уже пост-кибер-панк, а не настоящий кибер-панк. Основные киберпанки по Спинраду это: Уильям Гибсон, Брюс Стерлинг, Джон Ширли, Льюис Шайнер, Пэт Кэдиган и Руди Рюкер. Как мы видим Руди Рюкер уже был, и мы видим постепенное перетекание старых авторов в новую форму, в кибер-панк. Причем, Спинрад относит кибер-панк одновременно к наследникам Новой волны и к твердому НФ. Но сами авторы твердой НФ так не считали и активно гнали кибер-панков от себя. В то же время сами кибер-панки активно гнали от себя всех не тру подражателей, и желающих примазаться авторов «не настоящего кибер-панка». Поэтому это движение которое оформилось как феномен с именем только в 1985-м году уже в 1988-м году развалилось и перестало существовать. Что, интересно, то 2000-х Спинрад отмечает, что вся популярность кибер-панка основывалась на том, что группа Голливудских продюсеров купила права на экранизацию «Нейромана» и активно раскручивала брэнд кибер-панка. В итоге этот фильм, как пишет Спинрад, на был снять. Хотя мне кажется, что он мог быть выпущен как «Джонни Мнемоник». И, я думаю, эта бездумная раскрутка эстетики киберпанка привела к слепому подражанию, к рождению пост-кибер-панка. А так почти все идеи кибер-панка уже были в Новой Волне. Но у Новой Волны не было своей четкой эстетики и ее раскрутки. Поэтому она не смогла превратиться в брэнд как кибер-панк.
Еще Спинрад пишет про движение New Weird, которое возникло в нулевых, вокруг творчества писателя Чайна Мэлвила. Спинрад признает, что то что делает Чайна Мелвиль очень похоже на движение Новой Волны, даже в большей степени чем на Кибер-Панк. С другой стороны он замечает, что "New Weird is not new, and is not weird". И приводит много примеров «странных» произведений от авторов прошлой эпохи, например того же Руди Рюкера.
Анализируя проблемы научной фантастики Спинрад приходит к выводу, что основным врагом научной фантастики является « жанр сай фай». «Жанр сай фай» Спинрад определяет как набор условностей, сложившихся во времена фантастики золотого века. Что бы доказать, что фантастика не равна жанру сай фай, Спинрад приводит примеры таких произведений 1984 или Дивный новый мир. Также он приводит примеры того как авторы переходили из большой литературы или наоборот. Например, Урсула ле Гуин, которая фактически писала фантастику, но отказалась от клеше жанра сай фай и попала в большую литературу. Но есть много примеров больших авторов, котором внезапно пишут фантастику, например Гор Видал. Причем, как пишет Спинрад, таким авторам часто не хватает насмотренность и они выдают свои тривиальные с точки зрения сай фай журналов за нечто оригинальное. То же относится и к критикам не способным адекватно оценивать фантастические элементы в книгах мейнстримных автором. В этом контексте Спинрад атакует автора Рассела Хобана и защищает книгу «Древние Вечера» Нормана Мэйлера. Также он атакует книгу «Танцовщица на высоте одиннадцати миллионов миль» Кэрол Хилл по той же причине. Основная проблема, которую привносить «жанр сай фай» является то, что Спинрад называет «cюжетный скелет». Причем, этот скелет это не сколько свойство фантастики, сколько пульповой литературы вообще. Сюжетный скелет заключается в том, что герой преодолевает разные трудности, в конце торжествуя над злом, и, возможно, приобретая влияние и власть. Этот троп Спинрад называет «Император Мира». «Дюна» — это пример произведения, которое субвертирует этот сюжетный троп. В нем Пол Атредис проходит ряд трудностей, борется с домом Харконенов, и в итоге становится императором Вселенной. Но основная драма Дюны заключается в том, что несмотря на возросшую силу пол не может предотвратить предсказанный вселенский джихад. Спинрад считает, что если писатели фантасты откажутся от сюжетного скелета, то они смогут доминировать над обычными мейнстримными писателями. Потому что знание фантастики дает возможности почти для неограниченного конструирования сюжета. С другой стороны, от себя отмечу, что часто прелесть художественного произведения проистекает как-раз из-за возложенных на автора ограничений, а не из-за их отсутствия.
Также Спинрад не забывает и о других формах Медиа, о кино, и о графическом романе, то есть комиксах. Касательно фантастического кино Спинрад замечает, что его основой являются не экранизации фантастической литературы, а отдельные фантастические вселенные вроде Стар Трека и Звездных Воин. Идея Стар Трека заключалась в удешевлении формулы альманаха фантастических историй, открытых «сумрачной зонной». Вместо меняющихся от серии к серии декораций и актеров использовались одни и те же. Но по структуре это был тот же альманах фантастических историй. Поэтому отношению у Спинрада к Звездному пути у Спинрада смешанное. С одной стороны Звездный путь познакомил большое количество американцев с научной фантастикой, с другой стороны он же породил и усилил многие связанные с ней стереотипы. К Звездным воинам у Спинрада отношения скорее негативное. Он критикует эту серию и за следование сюжетному скелету и за бессмысленную жестокость. В качестве примера плохой экранизации фантастического произведения он приводит «Дюну» Дэвида Линча. Ей он противопоставляет «Космическую Одиссею 2001» Кубрику и «Бегущего по Лезвию» Ридли Скота. По его мнению последнему помогло отказ от строгого следованию тексту книги. И именно строгое следование тексту погубило Дюну. Отсюда Спинрад делает вывод, что при экранизации фантастики текст нужно тщательно адаптировать. Это довольно очевидный вывод, но у него есть и оборотная сторона. Потому что, когда голливудские продюсеры ищут материал для экранизации, особенно сейчас, то они ищут брэнд, который затащит людей в кинотеатры. Но у большинства писателей-фантастов и их произведений нет такого сильного брэнда. Поэтому продюсером проще просто украсть идеи из фантастики, вместо того чтобы платить за сценарий, чтобы получить текст книги, который еще нужно и адаптировать. Потому что после всех изменений уже будет не придраться.
Что же касается графического романа. То Спинрад публикует обзоры на четыре «Возвращение Темного Рыцаря» Миллера, «Маус» Шпигельмана, «Хранителей» Алана Мура, и один, который я даже не знал, «Вампир Гринберг» ДеМатеиса, о писателе вампире с писательским блоком. Спинрад высоко оценивает все эти произведение. По его мнению основное отличие романа графического от романа традиционного заключается в определенной дистанции, которая возникает между читателем и персонажами, когда читатель смотрит на них на картинках. Интересно, что сам Спинрад высоко оценивает комиксы EC comics, и их флагманскую серию «Байки из Склепа». Он винит цензуру комикс кода в отставании aмериканских комиксов и их нарочитой инфантильности. По всей видимости на Спинрада большое впечатление произвели французские комиксы BD, и особенно фантастика из журнала heavy metal, которая развивалась без цензуры. Японскую мангу он не читал, но про нее можно сказать то же самое. Поэтому он считает главной причиной возникновения графического романа возможность печатать комиксы в книгах без цензуры. Но фактически это неверно. Потому что в середине 80-х цензура комикса была уже мертва. И графический роман возник скорее как попытка издательств побороться за новую аудиторию.
В целом было интересно ознакомиться с взглядами этого писателя. Он до сих пор публикует свои обзоры в Asimov's Science Fiction. А так же в в 2023 году опубликовал манифест и статью «Save the SF Magazines from AI, Amazon, And SFWA?» В журнале «Черная Кошка Weekly». Их я все не читал, поэтому этот пост нельзя назвать исчерпывающим. Также я бы отметил по впечатлению от обзора на прочитанный мной роман «The holly Writ rewritten» Томаса Диша, который я недавно читал, Спинрад достаточно небрежно пересказывает факты сюжета прочтённых романов. Возможно это связано уже с его пожилым возрастом. Но я бы не стал очень серьезно относиться к его обзорам и пересказам сюжета в рамках приобретения мнения о тех или иных произведениях. |
|
|