Entry tags:

народная социология, наши, разное, церковно-приходское

ты еси иерей вовек по чину мелхиседекову
1. Не то, чтобы совсем ничего не хотелось такого большого и серьёзного. Просто добавилось такое измерение жизни, что её нужно тянуть как солдатскую или какую там ещё лямку. И это не вдохновляет. В смысле жить можно и иногда не без интереса, но и без страсти, захватывающей и поглощающей тебя всего. А в каких-то личных эмоциях и чувствах как-то приучен быть сдержаным - от бабки через мать перешло... Страсти приходят, только теперь с ними порой бороться надо - потому что уже не 14 лет и кое-что понял и кое-за-что отвечаешь.Были и разочарования большие, конечно, несбывшиеся всякие надежды, суровая реальность, что поубавило оптимизма и яркого ощущения жизни. Поэтому всё, что имеешь (незаслуженно и за просто так и чудом вообще), энтузиазма не вызывает - ну есть и хорошо и ладно... Ещё жизнь перестала с чистого листа писаться и время от времени появляются такие вещи, которые сам натворил и надо исправлять... раскачиваешься, ходишь вокруг да около, а всё равно надо. Они поди и отравляют существование. Довлатов так довольно остро писал про постоянное ощущение, что вот живёшь, а живёшь недостойно, и потому просыпаешься каждый день с ужасной гримасой на лице. Мне почему-то показалось, что чувство такого острого переживания жизни ему от еврейского папы передалось, а так как были какие-то бзики, которые не давали что-то такое сделать, чтобы почувствовать что наконец делаешь что-то и живёшь как-то хоть немного, но так, то вот и был этот диссонанс и опять же переживался он надрывно очень - опять же от папы, надрывно, искренне, но в частном довлатовском случае бесплодно... Меня такое чувство преследовало первые годы в церкви, часто по глупости, конечно, а часто в общем по делу
просыпаюсь я в общем с нормальными ощущениями, но косяки имеются, есть о чём подумать. опять же разберёшься с ними - чувство какой-то облегчённости ненадолго, только зазевался и бац - вступил... и опять
лямка

2. Юрка опять на йух собрался. Не то к новому контракту подцепили, не то сам решил заработать маленько. Это когда ты молодой и идеалистичный страшный лейтенант, то тебе страшно туда ехать и всем вокруг тоже страшно. А тут чего - первый контракт и две командировки и куча жизненных передряг, всяких надежд и разочарований за плечами, фигли, заодно подзаработать на машину на первый взнос, да и жилплощадь расширять надо - с чадом в однушке... ладно хоть успели в рынок впрыгнуть до роста цен
но, не меняется ведь и это: шутки-шутками, а могут и убить

3.проездом будет как раз на Благовещение, что весьма правильно с его стороны

4. Народная социология. Иереи шпынятельные и протоиереи дикие.
Cвященники.
Cвященник с одной стороны фигура большая - он центр современной христианской жизни, это он служит, изображает Христа, всем должен подавать пример, возиться с прихожанами, рулить полоумными бабками и чуть сдвинутым ультрас, "строить" собственное семейство и решать вопросы административно-хозяйственного плана.
К священникам перешли ещё давным-давно основные епископские функции, так что там, где епископы бывают редко, местные старейшие настоятели быстро превращаются в епископов de facto и не всегда охотно сдают потом место откуда-ни-возьмись присланному дядьке в шапочке с крестиком, это они - самое близкое к народу лицо русского православия, его образ и символ.
С другой стороны, священников много, всегда можно выбирать, конкуренция имеется. опять же иным бишопам нового иерея рукоположить - раз плюнуть, соответственно - и кого-то запретить или за штат отправить - тем более. а работать ручками наши священники не умеют... так что иерейское сословие ещё и самое шпыняемое и бесправное сословие в нашей Церкви, если не считать, конечно, прихожан некоторых, которые лезут, куда не просят, и ввязываются, во что не подумавши;
Так что положение и статус русского священника может сильно меняться: на одном полюсе иерей юный, посылаемый в любые деревни, но и там даже собратией шпыняемый, подобно духу армейскому, на другом - протоиереи дикие, не одного бишопа съевшие, плотно окопавшиеся, знатоки местной и всякой жизни, к которым и не всякий подступится - настоящие местные жрецы, волхвы - надо будет и по водам пройдут для поддержания авторитету.
Русское священство с одной стороны уходит корнями в порядки века семнадцатого, то есть представляет из себя эдакое плотное сословие, правилам которого быстро обучаются даже постсоветские мальчики из нецерковных семей, у которых всего-то что пять лет семинарии за спиной.
Потому каждый священник из своего семейства стремится сделать поповское сословие - чтобы дочки по монастырям и за правильных людей замуж, а сыновья - туда же, в попы. и хорошо, если чадо не абсолютно интровертно, живёт где-нибудь в городе побольше и в положенные 15 лет имеет возможность послать папашу куда подальше и податься к протестантам каким для обретения личного опыту - потому что сохранение и продолжение рода - это удел праведных, а не всякого, кого епископ по голове ручкой владычней припечатал, потому что иначе выходят самые скверные и ужасные люди духовного сословия, которых не то, что в попы, а может и в церковь пускать-то не надо было...
С другой стороны русское священство - это продукт петровской империи, а значит семинарской псевдоучебной долбёжки, перемежаемой с семинарской пьянкой. именно в 18-19 веке частенько появляются навязчивые сравнения священников с солдатами (солдата отличает форма, а священника - ряса, о ужас, ну и сравненьица). ясно дело - священники - это такие служаки, люди на государевой службе, солдаты духовного фронта, мелкие чиновники по церковному отделу. главное в их службе - дисциплина, умение исполнять указания вышестоящих органов и минимальная компетенция. Этому и учили равно в кадетских корпусах и семинариях.
Новые семинарии пережив в 90-х краткий прилив энтузиастичной позднесоветской интеллигенции сейчас быстро устремляются к своему дореволюционному идеалу - бурсе готовящейся загнуться Империи. даже типа московская семинария (в ТСЛ), в которой типа элита и всё ещё туда-сюда, готовятся хоть и неплохие и частенько даже какие древние языки знающие ребята, но как-то туговаты и туповаты они всё-равно на взгляд московской интеллигенции. пламенная ревность к канонической правильности на первом десятке их иерейства вдруг, бывает, сочетается с проблемками морального плана, что для интеллигентов чистого разлива "поколения честных" диссонанс губительнейший. а всё от того же - сначала учились и квасили в замкнутой среде за высокими лаврскими стенами, потом эта сословная замкнутость сохраняется и при выходе в обычный мир - на приходе всё завязывается на братию, кучку алтарников и людей непосредственно с храмовым хозяйством связанных - а это всё люди специфические. не они народное мнение составляют...
Потому-то вот священников, которые сами себя от людей и их жизни изолируют, так легко брать тёпленькими. перевёл его на другой приход и всё - жизнь рухнула, плоды прежних трудов достанутся другому, все начинай сначала, а в дургую деревню или город перевести - это с семейством проблем не оберёшься - детей по школам и по садам распихивать всякий раз... потому епископам часто и переводить строптивых иереев никуда не надо - пригрозить только переводом и он шёлковый уже...
интересно, если так вот иерея пару раз перевести, сбить спесь, а потом пригрозив новым переводом, предложить обдумать некую явную ересь, он точно не задумается: а может... не знаю кто эту практику перевода придумал - по характеру она просится корнями в имперское время, но, вполне возможно, что реализована она была только при советах. практика абсолютно неканоничная, но - это столп нынешнего устройства церкви и надобна внутрицерковная революция, чтобы заставить бишопов отказаться от такого удобного инструмента помыкания иерейством.
Работать и держать положение своей семьи в своих только руках, не перепоручая его в руки епископские, не многим священникам в голову приходит - не принято как-то это. в деревне 17 века это понятно - священник должен быть немножко сакральный и за соху ему браться не с руки (хотя и пушкин и ещё один дядя много интересного до нас донесли об обратных сторонах той сакральности), но в городе, где и головой можно с успехом поработать
потому, многие священники, обдумывая вопрос собственного житейского благополучия ищут связей среди тех, кто готов давать им деньги за их основную работу - за молитвы. на это в нашем обществе готовы люди, рулящие большими потоками финансовыми и с нервной работой - большие чиновники, немаленькие бизнесмены, генералы и бандиты - потому умные иереи (хотя чаще это уже протоиереи) так липнут к этим группам населения. в итоге сословная замкнутость немного разрушается, но ведь и эти четыре группы - не всё общество. мало того, многим кажется преимущественное общение хоть с кем-то из перечисленных весьма некошерным...
ещё русский священник - это часто священник украинский (на Украине, видно, в 30-е годы крестьяне больше держались за своё священство и церквей не ломали, потому в сельской местности там сохранилась весьма разветвлённая "церковная инфраструктура." она пополняла и пополняет скудную на священников Россию). но тема столкновения человека деревенского в положении командном и его прихожан и собратий городских, а также тема этнических диаспор и кланов - это вещь отдельная, так можно и никогда не закончить писать
вот много написал, а вывод? выводов не будет. потому что хочется, конечно, чтобы священники были избранные приходом, хорошие и честные,а главное - местные, с образованием в виде лучшего местного ВУЗа, а не худшей семинарии на другом конце страны, чтоб работали и успешно "управляли домом своим" по слову апостола, а епископу при случае показывали дулю - и ничего бы он сделать не мог, потому что приходы своих не сдают. и чтобы было много иереев - хороших и разных - один для проповедей, другой - для научения, третий - чтоб поговорить, четвёртый, многоопытный - исповедовал бы, пятый - в основном служил бы, а не так, что все эти разные занятия лежат на одном человеке, который может только и умеет, что петь хорошо, а тут со всем этим и не до пения даже... хорошо бы, да не в нашей жизни и не в нашей церкви. если удастся поколебать институт перевода священников в ближайшие лет 10-20 уже великий прорыв будет
5. http://andrei-platonov.livejournal.com/165783.html
странно, вот читал это и понимал, что сам лично независимо приходил к таким же выводам, ну может не в такой категоричной форме. значит одном воздухе носились идеи, один источник. источник этот - шмемановско-мейендорфовская экллезиологическая концепция церковной истории. её даже глупый дворкин транслирует через свою народную научно-популярную книжку, потому что её основа - конспекты мейендорфовских лекций. всего два человека (ну может чуть больше), а башня свёрнута у нескольких поколений. можно обсуждать реалистичность либо нереалистичность перемен по такому плану, но сам план на том же уровне обсуждать пока возможности особой нет - нет должного ранга оппонентов.


6. Let all mortal flesh keep silence,
and with fear and trembling stand;
ponder nothing earthly-minded,
for with blessing in his hand,
Christ our God to earth descendeth,
our full homage to demand.
и далее, а также про литургию святого Иакова и даже целая богословская статья: http://seraphimsigrist.livejournal.com/654219.html
7. учу дядю Ваню с уважением относиться к могилам

За вашу злую любовь, 
F   	          A  H
За карамельку и штык, 
За беспорядки в душе, 
И неприкаянный крик, 
3а все, что было во сне 
Среди горячих снегов, 
3а эту злую судьбу 
И красоту этих слов


E           A  H
		Меня мало убить,
		H           F# E
		А меня мало убить,
		E           A  H 
		А меня мало убить,
		H           F#
 		Меня мало убить.

А хорошо было жить, 
А хорошо было жрать, 
А хорошо было знать 
О том, что ты не дурак, 
Да только выпала смерть 
Из темноты, чтоб летать, 
Да чтобы крепко любить, 
И чтобы метко стрелять

		Меня мало убить,
		А меня мало убить, 
		А меня мало убить, 
		Меня мало убить.

Какой счастливый конец,
И этот строгий отец,
Он никогда не умел
Быть самым первым из всех,
Но мой последний кошмар,
Он показал все как есть,
И я за все говорю - спасибо.

		Меня мало убить,
		А меня мало убить, 
		А меня мало убить, 
		Меня мало убить.

А меня мало убить, 
И даже мало любить, 
И даже мало поверить 
В то, что ты, как и я, 
Через небо шагнул 
И водицы хлебнул 
Из живого ручья, 
Как из родного ружья.

		Меня мало убить,
		А меня мало убить, 
		А меня мало убить, 
		Меня мало убить.

Я все покрою собой,
Как будто вражеский дзот,
А хорошо было жить
На горячем снегу
А я живу, как хочу,
Но мне хотеть не дает
Вся моя верная смерть,
Потому что люблю

		Меня мало убить,
		А меня мало убить, 
		А меня мало убить, 
		Меня мало убить

Imported event Original

Imported event Original