Войти в систему

Home
    - Создать дневник
    - Написать в дневник
       - Подробный режим

LJ.Rossia.org
    - Новости сайта
    - Общие настройки
    - Sitemap
    - Оплата
    - ljr-fif

Редактировать...
    - Настройки
    - Список друзей
    - Дневник
    - Картинки
    - Пароль
    - Вид дневника

Сообщества

Настроить S2

Помощь
    - Забыли пароль?
    - FAQ
    - Тех. поддержка



Пишет rodion n. déev ([info]deevrod)
@ 2020-07-24 18:57:00


Previous Entry  Add to memories!  Tell a Friend!  Next Entry
Настроение: sick
Entry tags:историософия, лытдыбр

В википедии на глагне пишут, что Юлия Доде, жена Альфонса Доде, была соавтором существенной части его сочинений. А ещё, как выяснилось, Леон Доде, вместе с Моррасом основавший Аксьон-франсез, был их сыном, причём в стан консерваторов он попал после неудачного брака с внучкой Гюго (но затруднительно сказать, вследствие ли). Другой их сын, Люсьен, был художник и предполагаемый, хотя и неизвестно в какой степени, любовник Пруста. Видимо, это и есть Франция.

Полез смотреть в связи с этим судьбу детей Лескова. Почему-то думал, что у него были только дочери; у него однако был сын Андрей, создатель пограничных войск ОГПУ, и пасынок Николай Бубнов, профессор в Саратове, а после революции в Любляне, один из главных в мире специалистов по математическим трудам Герберта Орильякского. Связан ли он с 'единственным в мире специалистом' по 'чернокнижнику Герберту', сказать трудно. Тут можно было бы развести дискурс о значении Киева в сочинениях его отчима, а также его литературного преемника, Платонова -- но это было бы уже слишком натянуто. Впрочем, это и есть Россия.

Кстати о римских папах: когда я вчера засыпал, в полусне у меня появилось знание о том, что научная революция совпадает с периодом, когда римские папы носили бороды. Наутро проверил -- и действительно, 1527-1700. Причём если первая дата понятна (разорение Рима войсками Карла V и траур папы Климента VII по этому поводу), то про конец сказать трудно. Папы второй половины XVII века носили только ван-дейковские бородки, которые к тому моменту вышли из моды у светских государей; можно было бы объяснить возвращение к каноническому праву одной только модой, но всё-таки кажется, что в этом есть какая-то зацепка к пониманию того, что именно вызвало окончательное расхождение науки и церкви (мы как-то криво и косо представляем это со стороны науки, но то, как виделось это со стороны церкви, нам совсем неизвестно).

Посмотрел передачу нидерландского телевидения, заключавшую в себе диспут Хомского с Фуко (найденную в одном из плейлистов [info]apkallatu, любимого). Очень приятное зрелище сразу на многих уровнях: из-за юкстапозиции трёх языков, благодаря которой даже пресный английский начинает отливать металлически-оливково, из-за того, что это очень красивые мужчины в очень красивых интерьерах, из-за того что двое главных действующих лиц одеты в костюмы -- нам вошло в привычку казаться, что костюмы это лишь казарменно-уравнивающая униформа, но в данном случае их различие хотя и невелико, но разительно и очень существенно; ну и из-за того, что обсуждают они довольно интересные вещи, к тому же рифмующиеся с интерьерами.

Если то, что говорит Хомский, мне в общих чертах более-менее понятно, то слова Фуко звучат для меня, как будто бы произносятся за неким прозрачным глухим экраном. Осью всего их разговора является прение об отношении к понятиям, не вполне корректно определённым. Хомский здесь встаёт на традиционную англо-американскую позицию, согласно которой всякий поиск границы есть движение по направлению к границе; всякое плохо определённое понятие есть его развёртывание, эволюция если угодно, оптимистическая цепь дев, каждая из которых беременна следующей уже в утробе предыдущей (что было остроумно, но по-моему неплодотворно высмеяно ещё Свифтом). Фуко же говорит, что понятия такого сорта -- Справедливость, Пространство, Свобода, Бог, Русские -- суть молчаливые обвинения говорящему, обвинения в том, что он не рассёк этой матрёшки, высвободив тем самым всех дев и поставив их в равное положение, хотя и перед будто бы привнесённым искусственно скальпелем (то, что называется 'старый французский трюк'). Англо-американский подход приводит к полной утере возможности придать смысл понятию, что особенно хорошо видно на примере обсуждаемой ими justice на фоне текущего великого пробуждения (которое Хомский, думаю, едва ли одобряет). Но предложение Фуко переоглавить разговор о справедливости, вместо неё обсуждая классовую борьбу, есть нечто, чего я в силу своей неосведомлённости услышать уже не могу. Откуда, в конце концов, мы знаем, что классов два, а не три? не произвольное количество, проявляющееся по-разному в зависимости от позиции и эпохи? Но в целом непонятно даже не это, а то, как оно находится в одной упряжке под названием 'Франция' с той Францией, с которой я начал этот пост, с Францией мосье Делэ и Пуанкаре. Точно же есть какая-то связь; Люсьен Доде вон, говорят, и с Кокто дружил. Поверхностно смотря на жизненные пути Деа, Дорио, де ла Рока хочется заключить, что вся эта брехня про 'фашизм' и 'власть' глубоко параллельна тому, что реально важно; а может я просто не понимаю истории XX века (и то, что я сомневаюсь в том, что слово 'власть', которым Хомский с Фуко так вольно играются, корректно определено, есть лишь проявление этого непонимания). В любом случае, я тут забрался в материи, про которые знаю столь мало, что не знаю даже, что хочу сказать. Замечу только, что наследство Деа и Дорио наверняка уже обсосано дугиноидами до изнеможения, и рыться в этой помойке это себя не уважать. Но мало ли.

Ещё непонятная мне деталь: в перечне будто бы нейтральных институтов, на деле соучаствующих в угнетении, Фуко совершенно не упоминает печать. Подозреваю, что людям на тот момент гнилое нутро печати было уже очевидно, и даже упоминать об этом было бы как-то неприлично. Вместе с тем, люди и в 90-х, и даже в начале 2000-х пытались издавать какие-то фанзины. Особо одарённые и сейчас продолжают, когда тот факт, что принципиально единственно возможная цель существования всякого медиа -- сокрытие информации таким образом, чтобы о ней не узнал никто и никогда -- уже не вызывает сомнений. Если в примере из предпредыдущего поста это скорее фигура речи, то вот пример, в котором это верно абсолютно буквально. Дитто пейволлы, кстати. Вообще если бы я издавал модный молодёжный журнал, я бы верстал его так, чтобы нижние 10 % страницы оказывались за её пределами, как будто это скан, при котором книга кидалась на сканнер абы как. Так или иначе, почему бедным-несчастным школам достаётся за коллаборационизм больше, чем людям, которые в качестве андерграунда лепят из чёрт-те чего поэтессу Дашу Серенко, мне несколько удивительно.

А. ответил на моё письмо: говорит, что не знает, но ему интересно и он подумает. Надеюсь, он всё там за меня решит. Но вообще ужас, если не решит, то кто тогда решит.



(Добавить комментарий)


(Анонимно)
2020-07-25 05:27 (ссылка)
>Доде
ггг

(Ответить)