***
- Чем это вы занимаетесь, монахи?
- Мы очищаем свой ум от сомнений и ложных взглядов, - ответили они.
- Я тоже немного разбираюсь в ведении дебатов, - сказал Лама. Выпустив газы и повеяв рукой под носом одного монаха, он спросил: - Что дошло первым, воздух или запах?
Монахи разозлились и хотели прогнать его:
- Мы не подходящая мишень для твоих насмешек, - ругались они.
- Не будьте так горды, - возразил Лама, - расслабьтесь немножко. Мой метод несколько отличается от вашего. Мой метод держит ум в узде, а ваш рождает гордость и злобу.
***

- У меня было три жены, две умерли вскоре после свадьбы. Моя теперешняя жена родила мне шесть сыновей, но ни один из них не прожил больше трёх месяцев. В этом году у моей жены родился ещё один сын, которому сейчас почти три месяца. Я умоляю тебя благословить его, чтобы он не умер. И, пожалуйста, исполни ритуал, который убережёт его от пагубных влияний.
- Как зовут твоего сына? - спросил Лама. - Принеси его сюда!
- Его зовут Попечитель Самье, - ответил Пебдак. - Он здоров и хорошо развивается.
Когда жена Пебдака внесла сына, ребёнок сразу же задрожал и затрясся.
- Спокойно! Не бойся! - распорядился Лама и попросил Пебдака принести висевший на столбе чёрный аркан.
Он накинул аркан на шею ребёнка, лежавшего на коленях у матери, и сказал:
- Если я сегодня не заставлю тебя лизать свой член, то я - не Друкпа Кюнле! А теперь - вниз, к реке!
Волоча за собой на аркане ребёнка, за которым, убиваясь и причитая, глотая пыль, кусая камни и рвя на себе волосы, шли родители, Лама пришёл к берегу реки.
- Если ты ещё раз осмелишься явиться сюда, с тобой произойдёт то же самое, - сказал Лама, держа вытянутой рукой за загривок ребёнка, и что есть силы бросил его в середину бурлящего потока.
Внезапно тельце ребёнка превратилось в чёрного пса с разинутой красной пастью:
- У тебя нет никакого сочувствия, Друкпа Кюнле, - прорычал он, поплыв к другому берегу.
- Это был ваш сын! - сказал Лама родителям. Обретя полнейшее доверие к Ламе и освободившись от страха, они вернулись домой.
***
- О Защитник Живых Существ, Кюнга Легпа, ты вещаешь истину, и тебя приятно слушать, - ответил ему Цонгкапа.
Он завязал узел на защитной нитке и дал её Ламе, попросив принять её как благословение.
- Ни в чём другом ты не нуждаешься, - сказал он. - Носи её!
Лама принял подарок и удалился.
- Что мне теперь делать с этим шнурком? - спрашивал он себя. - Носить вокруг шеи - неудобно, сумки или кармана, куда бы я мог его положить, у меня нет, а в руках я его тоже не хочу таскать. Наверное, лучше всего обвязать его вокруг члена - он чист и ему нечего нести.
И так он намотал его вокруг члена и пошёл на базар.
- Смотрите! Смотрите! - кричал он. - Если у вас есть пятьдесят золотых монет, вы можете получить аудиенцию у самого Будды Цонгкапы. Может быть, он даже даст вам одну из таких штучек! - И он размахивал из стороны в сторону своим членом с обмотанной вокруг него нитью.
***
Он прибыл туда как раз в то время, когда Кармапа [Кармапы являются перевоплощениями Дюсум Кхьенпы - основателя Карма Кагью, самой большой из школ Кагью. Их главным монастырем до китайского вторжения был Цурпху],носящий чёрную корону, с покрытого балдахином трона давал посвящения и наставления толпе народа, собравшейся на базарной площади, - такой многочисленной, сколько звёзд на небе. Среди толпы была поразительной красоты девушка по имени Палзанг. Лама, положив посох на плечо, стал прогуливаться взад- вперёд по базарной площади, то и дело восклицая: "Кармапа нарушает свои обеты!"
Несколько монахов поднялись с мест и уже хотели поколотить его палками, но вмешался Кармапа:
- Не бейте его! Не бейте его! Он говорит правду! - воскликнул он. - Этот человек обладает способностью читать мысли других людей. Он - воплощение индийского мастера Шаварипы. Дело в том, что, увидев вон ту девушку, я был на миг захвачен её красотой, - хотя у меня и не было сильного влечения, а похожее чувство, что появляется у людей, когда они видят животное с красивой шкуркой. Друкпа Кюнле заметил это, и обвинение его обоснованно. (В другом, более распространённом варианте этой истории Кармапа стал в уме просматривать прошлые жизни этой девушки, любопытствуя, какие же причины привели к тому, что она так необычайно красива. Друкпа Кюнле тогда обвинил Кармапу в том, что он не по назначению - не для блага других, а ради простого любопытства использует свои магические силы, такие как умение видеть прошлые жизни. - Прим. Ред.)
***
В вашем монастыре
С чёрной горой позади,
Чёрным озером перед входом,
Чёрной крышей над главным строением.
Чёрным и сумрачным залом собраний,
Монахами, что выглядят подобно чёрным собакам,
Управляющим с чёрным лицом,
Ламой с чёрной короной,
Чёрным Защитником Учения [Главный защитник школы Карма Кагью - Бернагчен, Черный Плащ]
И женщинами с чёрными волосами внизу -
В этом месте с девятью плохими предзнаменованиями
Я не хочу больше оставаться.
***
- Поднимайся, Друкпа Кюнле! - окликнул его Сакья Панчен. - Не веди себя так бестактно!
На что Лама ответил ему стихами:
Тебе чуждо любое неудобство и работа,
В цветных тогах надеешься ты на Просветление,
Ведя в ад своих учеников, -
Мне грустно тебя видеть!
Иди своей дорогой, Сакья Панчен, Господин Существ,
Иди! И читай свои лекции, давай посвящения
И продолжай собирать вокруг себя нарушителей обетов.
Сей семена гибели,
Лелей саженцы ложных воззрений,
Взращивай ростки страстей,
Содействуй созреванию своей кармы бардо.
Бери и впредь на себя проступки старых баб,
Выполняй обязательства по отношению к тем, кто от тебя зависит,
И наполняй богатствами свои сундуки!
Сакья Панчен улыбнулся и запел и ответ:
Здесь, у пещеры без двери и опоры,
Сидит Друкпа Кюнле - грязный трепач,
Несущий чепуху, где бы он ни был.
Я чувствую жалость при взгляде на тебя.
Давай, скитайся бесцельно по миру,
Продолжай разрушать веру людей, которых ты встретишь,
Неси своё богатство на кончике члена,
Подноси свою святую сущность потаскухам,
Вспугивай кобелей стуком в дверь
И ломай рёбра старым сукам.
Выискивай вшей и бросай их перед собой как камни,
Ломай бёдра своих женщин
И грейся на солнце, где тебе вздумается!
Согласованность их песен доставила им обоюдное удовольствие и радость взаимопонимания, и Сакья Панчен пригласил Ламу в свой монастырь, дав ему верховую лошадь.
***
- Если ты действительно Друкпа Кюнле, тогда пусть наши тела сольются, - бросила она ему вызов.
Но, так как она была уже слишком стара, Лама не мог возбудиться.
- Наверное, будет лучше, если мы объединимся духовно; обучи меня в немногих словах, да чтобы они имели глубокое значение, - сказала она наконец.
- Если ты желаешь духовного союза со мной, выучи эти строки наизусть и повторяй их, - предложил ей Лама.
ОМ МАНИ ПЕМЕ ХУНГ!
Вот пришедший с плоским лбом.
ОМ МАНИ ПЕМЕ ХУНГ!
Он высовывает свой язык [На самом деле, открыть рот и покатать язык у тибетцев - знак приветствия и скромности].
ОМ МАНИ ПЕМЕ ХУНГ!
Затаился он, затих.
ОМ МАНИ ПЕМЕ ХУНГ!
Крадучись, ускользает прочь.
После того как она выучила этот куплет наизусть, Лама покинул её.
***
цит. по: "Божественный сумасброд: Жизнеописание и песни Друкпы Кюнле", "Алмазный Путь", 2000г.