- Что за мерзость у тебя тут творится, Кондратий, как ты можешь жить в таком свинарнике?! - Трифон вошёл в пещеру и брезгливо скривился.
- Что с тобой? - удивился Кондратий, сонно почёсывая всклокоченную бороду. - Что-то не так?
- Всё не так... - мрачно вздохнул Трифон.
- Ты же делал такую медитацию...- робко начал Кондратий - Что ты бессмертная Принцесса, кажется... Да?
- Тебе не кажется. - Раздражённо отрезал Трифон. - Да, делал! Кому какое дело, что я делал, мать его?! Да, принцессу! Да, вечную принцессу. Это теперь, мать его, я, вот такая вот, мать его, вечная принцесса, мать его! - казалось, что его глаза и брови метали громы и молнии. Возможно, даже метеоритный дождь.
- Мне кажется... - возразил Кондратий - Можно я спрошу?
- Соизволяю. - Изрёк Трифон и посмотрел на Кондратия мрачным и неподвижным взглядом. - Спроси.
- Мне кажется, что если речь идёт про принцессу, то точнее будет сказать не "мать его", а "мать её". - Тихо сказал Кондратий. - "Мать её, её высочество, королевская милость".
- Ну да... - Смягчился Трифон. - Ну да, правильно. Её мать... Какая, блин, мать?! Я же не на самом деле принцесса!
- Ты точно в этом уверен?
- Точно, точно... - сказал Трифон уже нормальным голосом.
- Видишь ли... сколько я делал эту медитацию, получается только Принцесса на Горошине. Всё бесит, блин. Судя по тому, как я себя чувствую, ещё и беременная. Мне отвратительно.
- Извини, я не знал. - с обезоруживающей прямотой произнёс Кондратий. - Может быть, тебе надо что-то вкусненькое или поспать?
- Вкусненькое? - удивился Трифон. - Да... пожалуй...
Его глаза просияли радостью новой надежды - Водку давай, а то ведь не пройдёт. Клин клином.
***
На том и порешили.