Теория политической относительности
Теория политической относительности

Бытие определяет сознание. Не всегда, но как правило. Изначальная граница определения бытия очень проста: владельцы жизненного пространства – претенденты на жизненное пространство. Претенденты – или потенциальные, т.е. просто те, у кого жизненного пространства нет, или реальные - те, у которого жизненного пространства нет, при понимании, что жизненного пространства у них действительно нет.

Задачи обычно оказываются расставлены еще до рождения людей – поскольку кто-то является владельцем пространства, а кто-то претендентом, то задача владельцев – охранять жизненное пространство, а задача претендентов – захватить жизненное пространство. Ничего личного, чистая биология. Одни люди держат жизненное пространство, другие пытаются его захватить. Так было всегда. Это нормальное природное состояние. Для проигравших реализуется столь же стандартная схема «Деградация – дегенерация – смерть родовой линии».

Владельцы пространства объединяются в систему, в конкретном современном случае для России – в корпоративно-клановую систему. Россия – это зона, жизненное пространство в которой ограничено внешними факторами. Проще говоря, люди на территории России – это пауки в банке. Сумма их ресурсов в общем всегда одинакова и предопределена извне. Возможно только перераспределение.

Если не производить переделов жизненного пространства, мир сгниет. Причем только для начала фигурально, а потом именно буквально. Будут сплошь люди с гнилыми зубами, с гнилыми желудками, с гнилыми мозгами... Хотя с гнилыми мозгами уже и сейчас большинство. Мозг – самый уязвимый орган.

Существует жизненное пространство. И существует инструментарий для борьбы за него и для его защиты. Например, свобода является инструментом первого порядка кто-то может использовать изменение степени свободы для борьбы за жизненное пространство, а кто-то – для защиты. Демократия является инструментом второго порядка – кто-то может использовать ее для борьбы за свободу, кто-то – против. Свобода, демократия, корпоративно-клановая система или ручная дрель – это инструментарий, он не может быть хорош или плох, бывает, что кто-то не умеет им пользоваться. Но чтобы пользоваться инструментарием, нужно понимать, зачем, как для того, чтобы просверлить дырку в стене, нужно понять, для чего. И по отношению к жизненному пространству принято осознавать себя на одной из сторон.

Вопрос жизненного пространства – это вопрос жизни и смерти. Вопрос чисто биологических жизни и смерти. Претенденты на жизненное пространство уничтожаются гораздо чаще, чем владельцы. Это тоже нормально, поскольку обороняться проще, чем наступать. Но претендентов обычно больше, и терять им часто просто нечего. Вопросы жизни и смерти обычно ставятся людьми выше морали.

Все относительно. Что для людей системы – добро, то для людей вне системы – зло. Например, если претенденты на жизненное пространство уничтожаются на дальних подступах к владельцам – это для владельцев добро, а для претендентов зло. А если претенденты захватили кусок жизненного пространства – это для владельцев зло, а для претендентов – добро.

Разные миры – разная мораль. Нет никакой одной морали. Ни христианской, ни конфуцианской. А морали владельцев пространства и претендентов отличаются больше, чем морали пары непохожих религий.

Есть владельцы и претенденты – далее без слова «жизненное пространство». И есть еще одна не столь многочисленная, но очень громкая группа – охранители. Охранители в соответствии с наименованием охраняют жизненное пространство. Но не только свое, а именно владельцев. И за это владельцы с охранителями пространством делятся. По факту предоставления пространства сразу можно разделить охранителей и «охранителей» в кавычках. Те, что в кавычках, пространства не получают, а действуют исходя из импринтинга своих рефлексоидных мозгов. Импринтингованные рефлексоиды, тоже люди, подтип. Слово «охранительство» им, например, могло чисто понравиться.

Кто такие претенденты, понять очень просто – у них нет пространства, вот они и претенденты. А с владельцами и охранителями все не так просто, потому их стоит рассмотреть отдельно. Их задачи определены выше, и потому немного об их реакциях – некоторые реакции у них одинаковы, некоторые различны..

Существуют слова-идентификаторы. Например, можно просто сказать: «Климов». Это слово-идентификатор. Ответы могут быть следующими: «Да, Климов. Да, по Климову» - все сразу становится понятным. Или иначе: «Климов неправ, потому что .... , и потому его концепция неверна в пунктах .... и ....» Это нормальные реакции. А если реакция будет: «А-а-аа-а!!! Климов!!» - это значит сработало слово-идентификатор, и в человеке что-то определенно не так.

Сами слова «жизненное пространство» тоже являются идентификатором. На них реагируют и владельцы, и охранители, и «охранители». Самые выдержанные корпоративные лапушки впадают в бешенство. «Фашизм!», «Мы не звери, чтобы мыслить биологическими категориями!!» - это совершенно правильные реакции. И совершенно моральные со стороны это произносящих – ведь у них хотят отнять пространство, что равно отъему имущества. Так что агрессивная реакция совершенно нормальна. Но охранители реагируют даже активнее владельцев. Потому что у охранителей таким образом хотят отнять их образ жизни.

У владельца пространства все есть. Все, что его интересует – это развлечения. Владелец обычно дегенеративен, пространство унаследовал и просто живет в свое удовольствие. Создать что-то в силу своей дегенеративности он не в состоянии. Он реагирует на идентификаторы, но по большому счету старается избегать дискуссий. Например, анализируя пост владельца, можно задаться вопросом: «А чего же он хочет?» И выясняется, что ничего он не только не хочет, но у него к тому же все уже есть. И он не комплексует по этому поводу. Иное дело – охранители.

Все серьезные концепции должны проверяться на кошках. Итак, кошки. Домашняя кошка, лежа на подоконнике первого этажа, увидела из окна двух бездомных. И эта домашняя начала перед ними крутиться, потягиваться, показывая себя: какая я откормленная, ухоженная, как мне повезло! Она переворачивалась, тянулась, зевала, и не успокоилась до тех пор, пока бродячие кошки не ушли. А потом преданно посмотрела на хозяина.

Система не просто набирает людей в охранители. Она отбирает особых людей, которые были бы особо верны, которые могли бы оправдать ее любую мерзость. А для этого она должна набирать людей нездоровых, с дефектами, лишенных общественной или религиозной морали. А на ловца и зверь бежит. Именно эти люди будут безумно благодарны системе, за то, что их с их реально обусловленными комплексами неполноценности, взяли и прикормили.

Эти люди исходят благодарностью. Они, как вышеописанная домашняя кошка, обожают себя демонстрировать: как нам хорошо, как мы всего добились. И даже больше, в отличие от кошки, они понимают, что им даже дали размножаться, и они не могут устоять перед соблазном выложить фотки детей. А почему не могут устоять? Потому что в глубине души понимают, что кроме дегенеративных владельцев пространства, им бы никто в мире не предоставил такой возможности. «Дети – это святое!» «Да я за своих детей порву!» Для всех святое, все порвут, но не все это заявляют без повода. А почему? А потому, что претендентов на жизненное пространство лучше уничтожать, пока они не выросли. Или даже не родились. И ресурсов меньше на них уйдет – сплошные выгоды. А кому, лучше охранителей, известны технологии?.. И еще потому что знают, что ресурсы ограничены. Те, кто не комплексуют – не делают подобных заявлений. Естественно, не все, кто выкладывает детские фотки, охранители. Но это звоночек. Серьезный.

Вот так покувыркавшись, как кошка, охранитель выходит непосредственно охранять. Он использует стандартный лозунг «Объединяй и властвуй», несет бред о высших ценностях, об общих врагах. Но когда он видит, что говорится правда о жизненном пространстве, охранитель приходит в неконтролируемое бешенство и начинает сыпать ругательствами.

Больше всего охранители любят ругательства типа «мразь», «мерзавцы», «отморозки» - кстати, все однокоренные, связанные с «мерзость» - то, что вызывает чувство отвращения. Еще любят слово «подонки». Очень любят сравнение с животными: «тварь», «скотина». И без материальной составляющей не обойтись: «нищеброды», «рвань», «лузеры». Но почему такой набор? А потому что желающих стать охранителями – море. Конкуренция высока. Задача охранительства жизненного пространства – грязная задача, мерзкая. Это война с людьми честными и порядочными. Потому для ее решения и набираются «мразь», «мерзавцы», «отморозки». И где же их набрать? На дне общества. Чтоб благодарными даже за грязную работу были. Отсюда «подонки». Слово, в общем-то нейтральное. Среди подонков было множество философов, писателей, ученых, вообще порядочных людей, да и, на любителя, Сталин и Гитлер тоже были подонками. Остались «тварь» и «скотина». Жизненное пространство – понятие биологическое. Охранители это чувствуют. Отсюда и животная риторика. А «нищеброды», «рвань» - это то, что самим охранителям светило в жизни исходя из их биологических достоинств. Потому как собственную никчемность они осознают просто до боли. А людей не никчемных в охранители брать опасно. А вдруг у них совесть взбрыкнет? Разболтают же все.

Охранитель может исходить тоннами ругательств, но исходит он не из-за какой-то Родины, нации, страны... Где СССР со своими охранителями? А куда уже после пропало несколько миллионов русских? Наверно, они утонули. Нет, охранители охраняют корпоративно-клановую систему. Охранитель получил кусок. Он, как правило, узкоспециализирован биологически и дегенеративен. (Где произведения искусства от охранителей?) И за этот кусок он, как честная собака, готов всех порвать. И нужно понять, что это честно. Это с его стороны именно порядочно, и, возможно, даже благородно и не просто морально, а высокоморально. Все относительно. Потому что его владельцы России подобрали на помойке, наделили властью – а ведь никто, кроме владельцев РФ, не наделяет таких людей властью. А если охранитель только подумает сказать что-то против системы, например, в случае когнитивного диссонанса, как внутренний голос совести ему скажет: «Мы его, понимаешь, на помойке подобрали, а он нам тут вигвамы рисует!»

Несогласных уничтожать, ... и т.д. А что вы, граждане, хотели? Чтобы эти пригретые собаки стали цапать своих хозяев? Это было бы непорядочно и аморально с их стороны. Их на помойке подобрали, накормили, обогрели, а они кусаться. Охранитель – это как котопес. С одной стороны кот, с другой пес. А в середине... да.

Кроме охранителей явных, существуют еще и замаскированные. У них много похожего с охранителями явными, но они не лезут напрямик, они используют обходной маневр, они отвлекают силы претендентов.

Эти охранители говорят: ребята, улыбайтесь! все замечательно. И это правильно с их стороны. Потому что если претенденты на жизненное пространство будут лазить по сети в поисках лузлов-смехуечков, владельцам жизненного пространства ничего не будет угрожать. Одним – жизненное пространство и собственно жизнь, другим – смехуечки. Смеются все.

Офисные хомячки, офисный планктон... Что может быть безобиднее? А не совсем так. Вспоминаем лозунг, а он звучит как «Объединяй и властвуй». А разница некоторая есть: одни хомячки офисами владеют, другие в этих офисах пашут. Главное, что все хомячки. Главное, что одинаковые. И в развитие темы - «Возможности людей равны!» Да, конечно, любой китаец может конкурировать с Дженерал Электрик. Не конкурируют, потому что ленивые. Как и русские. И, конечно, главное, чтобы не было войны. И чтобы лодку не раскачивали. Потому что есть что терять. А ведь согласно той же теории относительности – «кому война, а кому мать родна». Шанс на выживание.

Придумали, например, такой термин – «жопоголизм». Это, значит, когда «жопоголики» ждут конца света. Самое смешное в том, что для миллионов русских конец света уже настал. Русские города умирают. Эти города и люди уже в постапокалиптике. А они так, похихикивают. Радуются, что у них не просто все хорошо, а на фоне умирающих городов просто шикарно. Вспоминаем домашнюю кошку, которая крутится и демонстрирует себя бездомным.

И опять-таки, эти люди могут быть неприятны, и эти люди действительно неприятны, например, с точки зрения биологии, с точки зрения жизни, но то, чем они занимаются, называется компенсационным поведением. Эти люди были изначально сломаны осознанием собственной никчемности, и это осознание и сделало из них охранителей. Такое поведение было единственным возможным для них. А если поведение единственное возможное... можно ли осуждать дебила, который только и может делать, что пускать слюни и гадить под себя? Но тогда как можно морально осуждать охранителей? У охранителя ведь на самом деле нет вариантов поведения.

Земля вращается вокруг Солнца или Солнце вращается вокруг Земли? Зависит от выбранной системы отсчета. Все относительно. Существуют проплаченные «охранители», существуют боты-«охранители», но в большинстве своем охранители, особенно в ЖЖ – это люди, оскорбленные нарушением правил собственной морали. Именно высокоморальные люди, несущие свет свое морали в погрязший в аморальности мир. А то, что эта мораль у других людей, в основном у здоровых, вызывает чувство омерзения – так это нормально, все относительно, и мораль тоже.

Все относительно. Эксплуатировать тех, у кого нет жизненного пространства, а при невозможности эксплуатации уничтожать – для системы и ее людей это совершенно морально. Защищать своих, пусть даже преступников – тоже совершенно морально, поскольку система дегенеративна, и преступником в ней легко может стать каждый. Это и есть собственно мораль, это и есть мораль и системы, и охранительства. Точно так же совершенно морально бороться за жизненное пространство для себя. Но при этом, для бОльшего успеха, охранителей и охранительскую мораль нужно просто понимать, нужно знать, как эти машинки работают и почему они считают себя правыми. И определиться, «с кем вы, мастера культуры?..»