"Данте одной ногой стоял в средневековье, а другой приветствовал зарю нового времени"(с)
supermipter@lj попросил меня пропиарить этот текст Торбасова. Пиарю, поскольку он, на мой взгляд, и в самом деле заслуживает внимания.

Итак, в России инцест не подсуден, но и отнюдь не одобряем обществом. Но тут вот какой курьёз. Сейчас у нас разрешены даже совершенно официальные браки между двоюродными родственниками, а также и между дядей и племянницей, тётей и племянником...
...Но ещё не так давно в царской России карался секс между лицами аж до «четвертой степени родства или… второй степени свойства». Кое-где и сейчас такие запреты распространяются даже на лиц, вовсе не состоящих в исчислимом кровном родстве, на свойственников. Нам сейчас бывает просто дико читать о таком отношении, как о каких-нибудь расовых законах. Это всё говорит о том, что граница понятия инцеста, между законным и незаконным, между осуждаемым и не осуждаемым не является чем-то всеобщим и неизменным. А значит и нынешнее осуждение сискона когда-то может обрести вид нелепости или варварства — и, по-моему, скорее всего обретёт. 

Вот только в довесок я выскажу и кое-какие свои соображения. Они будут иметь к сексу весьма отдалённое отношение, но плясать я всё же буду от торбасовского поста.

Итак, допустим, некто на святой Руси заявляет: если брат с сестрой, извините за мой пьемонтский акцент, трахаются - ничего страшного в этом нет. Или мать с сыном, или отец с дочерью. Вы представляете себе реакцию почтеннейшей публики? Полагаю, отложенных кирпичей хватит на постройку целого квартала.

Или, например, я несколько раз высказывался в том смысле, что возраст согласия можно бы и снизить, и даже если взрослый мужик по согласию находится в постели с физически созревшей школьницей - это по степени ужасности несколько уступает Треблинке, Освенциму и Хиросиме. Вой поднялся такой, что я удивляюсь, как Ктулху не проснулся. Ахтямов, тот даже стихи мне посвящал:

Здравствуй, дедушка ГумбЕрт,
Борода из ваты!
Ты принять готов ли смерть,
Педофил проклятый?

Но венец всего, конечно, гейство. Канонiчный русский ещё согласен его терпеть, если геи предаются любви тайком, тишком, сами этого стыдясь. Но чтобы однополая любовь была уравнена в правах с разнополой? Анафема! Да, на Западе, конечно, и жизнь куда более сытная, и больше уважения к правам отдельного гражданина, и от его мнения кое-что зависит - но ведь там же, сцуко, гей-парады! Нет, уж лучше наше привычное скотство без гей-парадов.

Между тем, если дорогого россиянина или его сына обуют в сапоги и погонят на убой - он это воспримет с полным пониманием. Если понизят зарплаты и пенсии, но повысят цены на продовольствие и квартплату - выматерится сквозь зубы, но и только. А вот "неправильное" сексуальное поведение вызывает в нём бешеную ярость. Почему так?

Я долго думал об этом, и, кажется, нашёл ответ. Вот только в двух словах его не изложить, так что прошу простить за многабукафие.

Все мы, даже самые молодые, родом из СССР. Чтобы понять нас - нужно понять, что такое советский человек, коротко говоря, совок. Я это слово употребляю без малейшего намерения кого-либо оскорбить, просто как термин. Если я всё-таки кого-то обидел, то позвольте замереть в глубоком пардоне.



Усреднённый сферический совок в вакууме - это человек необыкновенно противоречивый. В ходе революции и гражданской войны он отправил фтопку всех своих кумиров (и традиции, и символы) - и тут же с жаром принялся создавать новых. Он тянулся к знаниям и культуре (сколько макулатуры совки сдавали, чтобы купить дефицитную книгу? как в СССР процветал чёрный рынок книг?) - но ценил физический труд куда выше умственного. Эти люди превратили отсталую аграрную Российскую империю в страну с самой передовой наукой. И они же в полной мере страдали двумя своими главными пороками, которые при ближайшем рассмотрении оказываются одним: безответственностью ("начальству виднее") и неспособностью к самоорганизации. В конечном итоге именно эти пороки и погубили СССР.

Я склонен объяснять эти противоречия тем, что совок по своей природе являет собой переходный тип. Это уже не крестьянин, но ещё не вполне горожанин. Он живёт в городе, живёт по-городскому, но в его мышлении сохраняется ещё немало архаичного. Я не так давно уже писал об этом, а теперь стараюсь развить тогдашние идеи. Городской воздух делает свободным, но ведь не в одночасье же. Общественное сознание - штука инерционная.

Крестьянское же сознание имеет одну хитрую особенность. Для него, как я и говорил, природа и общество представляются единым конгломератом. Для него нет разницы между законами природы и общественными установлениями. Мир имеет единую структуру, и каждый в этой структуре занимает раз навсегда заданное место. Изменить его нельзя. Хаецкая когда-то выдала замечательную иллюстрацию к этому правилу: