Все начинается с того, что филолог и поэт Луис Сачетти похожий на молодого Дмитрия Быкова сидит в тюрьме за уклонение от мобилизации на СВО во Вьетнами. От других заключенных кроме высокого интеллектуального уровня отличает то, что он каждый день ведет дневник. Без предупреждения его похищают из тюрьмы, и он обнаруживает себя не секретном объекте. «Лагерь ”Архимед“». Администратор «Архимеда» отставной генерал Хамфри Хааст говорит Сачетти, делайте что угодно только введите дневник конкретно и подробно. Тот самый дневник, который мы как читатели читаем как роман. И вам для этого специальная пишущая машинка с которой автоматически снимается три копии и отправляется мне и еще кому надо. Этот момент мне показался очень интересным. Потому что дневник Сачетти по сути дела становится чем-то публичным типа Блога в живом журнале. И это в каком-то смысле роман про блоггинг за долго до появления блогов. И Скачетти в процессе движения по раману пробует разные стили блога, почти все из которых знакомы вам по этому ресурсу. Даже есть одна запись похожая на Вениамина. Поэтому мне этот роман так понравился. При этом у Диша блоггинг это сразу средство слежки и даже разведки для авторитарной системы. И в этом плане он отлично предсказал будущее. Также в его будущем люди перестали пожимать друг-другу руки из-за боязни заразиться вирусами. Тоже отлично предсказал часть нашей реальности.

Но вернемся к «Архимеду». Это заведение я не могу не как по другому описать кроме как элитный дисциплинарный санаторий в глубине Скалистых Гор. Тут у заключенных условия как в пятизвездочном отеле, их отлично кормят и у них в распоряжение шикарная библиотека. Кроме администрации, охраны и обслуживающего персонала лагерь населен лагерь населен солдатами-штрафниками, которым искусственно подняли интеллект с помощью препарата «паладин», то есть аплифтов. Загвоздка в том, что «паладин» — это мутировавщий под воздействием радиации вирус сифилиса спирахета, который еще в добавок стал невосприимчив к пенициллину, и он должен убивать своих носителей за время меньшее чем год. Сачетти знакомится с деревенским парнем Джо Вагнером, ставшим поэтом, а также с лидером аплифтов Мордехаем Вашингтоном, бывшим одноклассником Сачетти. Мордехай Вашингтон описывается как нескладный негр из неблагополучной семьи. Джо Вагнер ставит с другими аплифтами постановку Фауста, в финале которой умирает. Постепенно Скачетти выясняет, что все аплифты в значительной степени увлечены алхимией. И что интересно Хааст это поощряет, потому что серьезно надеется, что аплифты могут добыть для него философский камень, и таким образом создать эликсир вечной молодости. Поэтому, например камеры аплифтов оборудованы как лаборатории исторических алхимиков и заполнены репродукциями алхимических гримуаров. Это чтобы вы прочувствовали атмосферу романа. Вот как процесс своего делания описывает Мордехай:“Философское яйцо – большой горшок, который вы видели в атаноре – содержит электуарий, растворенный в воде, которая в течение последних девяноста четырёх дней попеременно подвергалась воздействию жара теллурических огней днём и света звезды Сириус ночью. Строго говоря, золото – это не металл, а свет. Сириус всегда считался особенно эффективным в подобных операциях, но в прошлые века было трудно уловить сирианский свет в чистом виде, поскольку свет соседних звёзд мог его искажать, ослабляя его особые свойства. Здесь для обеспечения необходимой однородности используется радиотелескоп. Вы видели линзу, впаянную в верхнюю часть яйца? Она фокусирует чистый луч на женихе и невесте внутри – сере и ртути.”. Cам Мордехай, обосновывает свой интерес Науке следующими словами:“...второй закон термодинамики: магия может быть отказником по убеждениям. Дело в том, что меня не интересует вселенная, в которой мне придётся умереть”. То есть на этом этапе, пока мы как читатель еще не знаем о твисте, кажется, что магия для аплифтов это такой способ «перебить охрану» метафизической тюрьмы (в действительности они действительно так перебили охрану тюрьмы, я думаю так в романе работает комедийный элемент). Тем более в тексте Диша-Сачетти современное скептическое и физикалистское научное мировоззрение в значительной степени рассматривается как продолжение аристотелевского проекта Фомы Аквинского. И таким образом выступает логичным продолжением христианского мировоззрения, а не противостоит ему. Магия в то же время выступает оружием против мира жестокого демиурга, обрекающего людей на страдания. Мне очень понравилась эта мысль, потому что я лично встречал людей, которые практиковали магию с похожими взглядами, и я думаю ее можно было бы развивать дальше и за пределами этого романа. В то же время Хааст объясняет свой интерес так:“общеизвестно, что вот уже двадцать лет небольшая, но влиятельная клика в Вашингтоне сжигает миллионы и миллиарды долларов налогоплательщиков, чтобы вывести нас в открытый космос. В то время как весь внутренний космос ещё только предстояло исследовать.”. То есть его взгляды это смесь дремучести, теорий заговоров и Нью-Эйджа. И это очень симптомотично, потому что именно мир секретных проектов (а проект «Паладин» — проект супер-секретный) без достаточного внешнего контроля процветает вера в торсионные поля и экстрасенсорику. Чем более проект секретен тем больше шансов, что у него будет псевдо-научное ядро.

Но у этого романа есть несколько слоев: Мордехай Вашингтон пишет роман и Луис Сачетти пишет роман. Сачетти пишет в своем дневнике обзор на роман Мордехая прямо как я сейчас пишу обзор на роман Диша. Роман Мордехая называется «Портрет Помпаниануса» и повествует о раннем фламандском художнике Гюго ван дер Госа, который заключает договор с дьяволом, чтобы на три года обрести совершенное мастерство рисунка и отправиться в путешествие в Италию, знакомиться с мастерами ренессанса. В процессе изучения рисунка Гюго понимает, “[что, задача искусства] уже не в том, чтобы отражать реальность, а в том, чтобы (по наущению дьявола) управлять ей. Искусство превращается в магию”. Тут видим возвращение к магической теме Мордехая, а также очень важную и смелую мысль о том, что задача искусства быть магией, которую легко обратить обратно, в то, что задача магии быть искусством. По истечении своих Трех лет ван дер Гос сходит с ума (тема скоротечности жизни аплифтов). С романом Сачетти все сложнее. Дело в том, что Скачетти постепено увлекается темой нацистских преступников и концлагерей и его роман называется «Бухенвальд: Комедя». Его даже удается опубликовать. Но к сожалению или к счастью, мы не видим ни текста романа, ни даже его синопсиса в дневники. Мы видим только обрывки творческих мыслей Сачетти, которые просачиваются в роман. Вот некоторые из них, думайте о них, что хотите:

• “Бог — это Эйхман в увеличенном виде... Поверьте мне, когда-нибудь Гиммлера канонизируют.”
• “Ну, если дьяволу следует воздать должное за Освенцим, то пусть будет записано, что я благодарю его и отдаю ему должное.”
• “Когда-нибудь в наших колледжах будут изучать Гиммлера. Последнего из великих хилиастов. Пейзажи его внутреннего мира вызовут лишь приятное чувство ужаса. (И, следовательно, Красоты.) Подумайте о том, что стенограммы процессов по делам о злодеяниях уже много лет демонстрируются нам в кинотеатрах для развлечения. Красота — это не что иное, как начало.”

Еще я хотел бы поделиться с вами совершенно потрясающей сорокинской сценой. Когда Луис предлагает добавить в алхимическое деланье музыку, то Мордехай вспоминает как его в детcтве учили танцевать чечетку по чернобеллым записям с Ширли Темпл (с которой танцевал Кеннет Энгер). Вот что дальше происходит в романе: “Учительница показывала нам вырезки из старых фильмов с Ширли Темпл, и нам приходилось разучивать её движения, вплоть до последней улыбки и подмигивания. Когда мне было шесть, мама привела меня на шоу талантов в местный театр, которое проходило по четвергам. Она нарядила меня в этот безвкусный костюм ангелочка, весь в мишуре и ситце. Мой номер был «Я построю лестницу в рай». Знаете этот номер?» Я покачал головой. «Звучит примерно так…» ." Он запел песню своим хриплым, попугайским фальцетом и одновременно шаркал по ковру. "Сукин сын!" – закричал он, замолчав. "Как, чёрт возьми, я могу что-то делать на этом чёртовом ковре?" Он наклонился, ухватился за бахрому узорчатого ковра и оторвал его от кафельного пола, волоча за собой и опрокидывая мебель. Затем он возобновил, уже громче, свою гротескную песню и танец, размахивая руками не в такт плохо спетой мелодии. Его движения ног превратились в беспорядочное топанье. "Я доберусь туда любой ценой!" – закричал он. Вытянув перед собой обе ноги, он упал на спину. Песня переросла в мучительные крики, руки и ноги продолжали размахивать. Он яростно бился головой о кафель.”.. Не знаю что это должно значить. Возможно, что песня я «Я построю лестницу в рай» и Ширли Темпл попадает в тот же символьный ряд, что и нацисты и концлагерь.

Поворотной точкой романа становится «провальное« получение философского камня. Мордехай с криками « чернота, чернота» умирает. После этих событий пропадает Эми Баск, главный ученный лагеря и католическая женщина, которая скептически относилась к алхимическим опытам. А Сачетти снится сон, в котором он встречает святого Фому Аквинского и в конце он понимает, что тоже заражен Спирохетой. И что его дневник был частью научного эксперимента, который должен был показать, как меняется интеллект уже умного человека после заражения. Сачетти бастует и превращает свой дневник в площадку для абстрактной сut-up поэзии в духе Берроуза, «Голый Завтрак» которого даже один раз упоминается в этом романе. Или это просто следствие усиления интеллекта Сачетти. Диш откровенно упоминает материал, который он нарезает: «Потерянный Рай» Мильтона, «Путешестиве Пилигримма» Баньяна, алхимические трактаты, сочинения Фомы Аквинского и «несколько современных поэтов». Лучшие моменты этих нарезок напоминают тексты группы «Coil». И мне эта часть текста очень понравилась. И долгое «время» в дневнике мы видим только это. Но постепенно Луис успокаивается и начинает работать над арт-проектом «Музей Фактов» (потому что Хааст требует фактов), и методично перепечатывает в дневник рандомные факты из газет с минимальными комментариями. По всей видимости это и есть форма блога соответствующая максимальном интеллекту. Хааст, который требует фактов в форме простых и понятных нарративов может быть репрезентацией привередливого редактора или читателя отвергавшего пост-модернистскую литературу.

За этот период «погибают» почти все аплифты кроме Сачетти. Но покой Сачетти нарушает новая группа аплифтов, которая уже состоит из физиков, разрабатывающих оружие массового уничтожения. Физиками руководит доктор Скиллиман. Хааст просит написать про Скиллимана. И Сачетти пишет про него в дневнике нелицеприятный рассказ, в котором Скиллиман убивает своего ребенка, во время лекции о проблемах перенаселения. Постепенно у Луиса получается выстроить хорошие отношения с аспирантом Скиллимана по фамилии Шимпанский. С ним они вместе ходили слушать современного композитора Оливье Иессиана. Еще через какое-то время вокруг него сложилась небольшая группа последователей из аспирантов Скиллимана, которым он рассказывал про искусство и философию. но к этому времени Луис стал совсем больным и слабым, почти слепым. Все что у него оставалось из удовольствий в жизни это слушать музыку на пластинках и заставлять одного охранника читать ему «Логико-Философский трактат» Витгенштейна. Но Скиллиман приревновал к Сачетти своих аспирантов. Он пришел к Сачетти и прочитал сатанинскую тираду, которая сводится к тому, что во вселенной нет Бога и Рая, но есть Ад и Дьявол, потому что дьявол — это энтропия. И задача человечества в том, чтобы сделать максимально мощную атомную бомбу и взорвать планету. Потому что только так человечество может возвысится до уровня дьявола. Поэтому бросайте вашу лирику, пошли делать бомбы. Пикантности этой ситуации придает то, что Скиллиман, как и почти все другие герои в романе читают дневник Сачетти. Но в целом эту речь Скиллимана я бы назвал одной из основных достопримечательностей этого романа, может я там что-то переврал но целиком цитировать ее я не буду. То что дьявлол это энтропия — часть одного современных прочтений «Потерянного Рая» Мильтона. И в этих фрагментов, теряющий зрение Сачетти часто сравнивает себя с Мильтоном.

Cлелующий поворотный момент романа наступает тогда, когда Луис открывает свой «музей фактов» в том же пространстве где происходила постановка «Фауста» и алхимическое деланье с получением философского камня, причем с большинством декораций на месте. «Музей Фактов» в значительной степени отсылает к философии Витгенштейна, который писал, что мир состоит из фактов. Интересно, означает ли это, что Диш ставит аналитическую философию в один ряд с исторической магией и алхимией? Музей Фактов состоит из множества вырезок из газет, которые изначально кажутся совсем бессвязными, но поставленные в ряд, становится ясно, что Спирохеты вырвались из исследовательского центра и заражают Америку в масштабе эпидемии. Все это ставит амбиции группы физиков под вопрос, потому что у них больше нет критического преимущества над другими исследовательскими группами. Все дело в том, что Эми Баск как выясняется занималась сексом с Мордехаем и стала разносчицей заразы. Вот тут и начинается основная «Bug Chasing» часть романа. Читатель этого не видит, но касается этого через теоретизирования персонажей. Сачетти предполагает, что основными переносчиками заразы должны быть гомосексуалы. Он говорит: “ Мои оценки темпов распространения основаны на новом издании Кинси, поэтому они, вероятно, занижены. Тот факт, что промискуитет (и венерические заболевания) более распространены среди гомосексуалов, также может способствовать ускорению этого процесса, особенно на ранних стадиях, когда быстрое распространение имеет решающее значение. Экспонаты моего музея действительно демонстрируют преобладание «прорывов» именно в тех областях, где гомосексуальность наиболее распространена: в искусстве, спорте, моде, религии и сексуальных преступлениях.”.

В финале романа раздосадованный Скиллиман пытается убить итак умирающего от болезней Сачетти, инсценировав его побег. Наверно, за то что Луис разрушил его, Скиллимана, авторитет среди аспирантов. Хааст отказывается отдать приказ, но дает Скиллиману в руки пистолет. Но тот вместо того, чтобы стрелять по Луису, стреляет в звезды. Потому что для него Луис слишком приземленная цель. Потом Хааст убивает Скиллимана, и оказывается что это все это время был Мордехай, который переместил свой разум в тело Хааста. Потом разум Сачетти перемещают в молодое сильное и подтянутое тело охранника. Мы узнаем что у человечества все еще есть надежда, потому что группа аспирантов начала изучать медицину и искать исцеление от Спирохеты, вместо того, чтобы разрабатывать оружие. Это, конечно обещанный хэппи-энд. Но напоминаю, что всю эту информацию мы получаем из дневника Луиса. Поэтому возможно это просто его мечты, а не факты.

Как уже можно понять, основной фантастической идеей в этом романе является изобретение телепорта. Меня очень возбудило то, что телепорт в мире этого романа изобретает не инженер, и не физик, а тополог. Наконец-то, художественная литература про топологов! Это конкретно польский тополог Бернард Пановский, который провел свое отрочество в концлагере, а потом сбежал из коммунистической Польши в США. Удивительно, на автор романа не представляет насколько чистая математика далека от техники. Вот как деятельность Пановского описывается в романе: «В течение года он получил должность доцента математики в Католическом университете в Вашингтоне, округ Колумбия. К 1970 году топология вышла из моды; даже теория игр после долгого расцвета начала терять популярность из-за новой науки об иррациональности. В результате, хотя Панофски и был одним из ведущих топологов мира, исследовательский грант, который он получал, был ничтожным. За всю свою работу он никогда не использовал компьютер и никогда не нанимал больше одного ассистента, и даже на создание опытной модели передатчика он потратил всего 18 560 долларов. В стране не было ни одного математика, который не согласился бы с тем, что пример Пановский отбросил престиж их науки на пятьдесят лет назад. Почти неизменное правило: великие математики создавали свои самые оригинальные работы в молодости, и Панофски не был исключением. Теоретическая основа передатчика была заложена ещё в 1943 году, когда, формулируя собственные топологические аксиомы, четырнадцатилетний заключённый наивно выдвинул некоторые положения, противоречащие классическим теориям, – главным образом, принцип, получивший известность как парадокс раздутия бутылки Клейна. Следующие сорок лет его жизни были посвящены попыткам разрешить эти противоречия, а затем, когда это оказалось невозможным, – их использованию.» И использование действительно оказалось изобретением телепорта. Однако побочным эфектом использования телепорта является то, что он создает копию телепортируемого предмета или человека, но в другой физической реальности. В романе такой предмет или называют эхом предмета или просто предмет[2]. При этом почему-то все некорпусуклярные явления автоматически отбрасывают тень, и таким образом проявляются на мире эхо. то есть в мире эхо, нельзя проваливаться под землю из-за гравитации и можно виде обычный мир из-за электромагнитной природы света, но нелзя ничего слышать и нельзя ничего потрогать. Если телепортировать предмет в мире эхо то он окажется в мире эхо высшего порядка. Так в романе появляются предметы[n] c n больше двух. Сам Пановский осознал этот феномен с помошью математической интуиции, но не может его строго теоретически обосновать. А эмпирических доказательств существование эхо быть не может, потому что эхо отбрасывается строго в одно направление. Поэтому Пановский ничего не может объяснить другим ученым и военным про телепорт. Супруга Пановского так объясняет феномен эхо:«Но, похоже, не было никакой реакции, соответствующей действию передачи – ничего, что можно было бы измерить. Конечно, она была там, в математике, и Бернард этим занимался. Вы знакомы с топологическими преобразованиями? Нет? Но вы же знаете, что существуют неевклидовы геометрии, и что они имеют ту же силу, что и разновидности, описываемые здравым смыслом? Что ж, передача материи – это, по сути, топологическое преобразование из нашего мира пространств здравого смысла в… куда-то ещё, и обратно. Именно в тот момент, когда переданное тело достигает этого "куда-то ещё", происходит реакция, образующая "эхо".». То есть такое впечатление, что это перемещение это какое то отображение на расслоение со слоем из двух точек и обратно.

Но главный герой романа не Пановский, а ветеран Вьетнама с ПТСР Капитан Хансард, которого отправляют через телепорт на Марс с секретным донесением. В итоге его сознание оказывается в теле Хансарда[2]. В мире эхо его внезапно встречают словами «Привет, фрикаделька», и чернокожему рядовому[2], который телепортировался вместе с Хаскардом стреляют три раза в лицо. Это происходит от того, что на военной базе оказалось много эхо-военных. И самым насущным вопросом у них оказались не вопросы о природе физики и топологии, а вопрос «Что мы будем кушать?». Потому что есть они могут только эхо-еду. А еду на Марс телепортируют на других базах на других концах страны. В итоге у них осталось два варианта выживания: есть говно или есть человечину. И они остановились на втором варианте. В итоге эхо-военные сформировали расистское общество, в котором белые едят черных. Но Хансард[2] не желает так жить и сбегает в город. Некоторые военные тоже ходят в город, для того, чтобы наблюдать за ничего не подозревающими людьми и дрочить на них. Это игра на иррациональных страхах читателя, что пока он какает и писает за ним может наблюдать невидимый непознаваемый человек. Одиночное выживание Хансарда[2] в Вашингтоне — самая интересная часть книги. Во время нее Диш действительно раскрывается как Писатель:«В те редкие мгновения, когда с мира снимают кожу и обнажают его сущность, мир может принять один из двух обликов – благотворный или злобный. Бывают возвышенные, в духе Вордсворта, мгновения, когда природа облачается в небесный свет; но бывают и другие мгновения, когда с той же трепетной чувствительностью и той же неоспоримой уверенностью мы видим, что прекрасная поверхность вещей – плоть, эти белые, лишенные запаха цветы, рябь на зеркальной поверхности пруда, даже само гордое солнце – всего лишь белила на гробнице, в которую… лучше не заглядывать.».

Условный второй акт начинается с того, что Хансард[2] встречает эхо-версии Пановского и его супруги. И не в единственном экземпляре. Потому что у Пановского дома есть персональный телепорт. Но так он знает о теории эхо к счастью для героев, он регулярно отправляет двойникам эхо еду. И так Хансард[2] спасает себя от каннибализма. Эхо Пановские живут коллективной семьей. И принимают в свой круг Хансарда. То что Пановский[1] верит в эхо-мир в романе атрибутируется глубокой католической вере Пановского[1]. Тезис романа частично в том, что вера в интуитивно воспринятые факты математики, подобно описанному здесь, без доказательств — это сродни религиозной веры. Но также католическая теология Пановского[2] приводит его к вере в то, что у эхо-людей нет души, так как душа неделима и неуничтожима. Отсюда в частности следует, что с его точки зрения эхо-люди не могут грешить. Поэтому эхо-людям можно совершать самоубийства. И эхо-семья Пановских[2] регулирует свою численность с помощью суицида. И если основной темой первого акта я назвал бы выживание. то основанная тема второго акта — это философия. И к философии мы еще вернемся.

Третий акт начинается, с того что Пановские[2] выясняют, что в секретном донесение Хансарда был приказ о ядерном ударе по СССР. Тут выясняется несколько внезапных обстоятельств. Оказывается, что дюди-эхо могут толи вернуться обратно в свои тела, то ли временно получить над ними контроль если лягут в самих себя во время сна. Это в романе называют эфектом « Аккорда». У Хансарда[2] получается этого достичь с Хансардом[1] на Марсе. Пикантность ситуации придает то, что Хансарду все время снится как он сжигает огнеметом маленьких вьетнамских детей. Это нужно для того чтобы телепортировать землю в момент ядерного удара. Причем для этого одну деталь телепорта даже размешают на вершине главной египетской пирамиды. И так все у героев получается. Они спасают Землю[1] от ядерной войны. И создают Землю[2], обеспечивая нормальное существование всем эхо-людям. Даже Луну потом возвращают на месте. На мой вкус это слишком Голливудский конец.

Но глядя назад становится ясно, что этот роман не о топологии и физики, а о философии. Я бы сказал, что весь роман — это умственный эксперимент, призванный помочь Дишу в споре с популярной католической философии души. Сама завязка романа с раздваивающим телепортом похожа на мысленный эксперимент в философии сознания. Если такое раздвоение возможно, то сознание в момент раздвоения у двойника будет ничем не отличаться от сознания в оригинале. Как понять, чьи воспоминания оригинал, а чьи копия, То что через фигуру Пановского Диш вводит в дискуссию душу, позволяет ему одновременно сформулировать и разъяснить несколько философских тезисов. 1) Душа — это не сознание и вообще Душа может существовать независимо от тела. Состояние Аккорда в романе не является полноценным слияние эха и оригинала. Это состояние, когда эхо обменивается мыслями с оригиналом, но при этом продолжает существовать как сознание. Этот момент может быть важен, чтобы показать, что даже если душа постоянно находится в теле, он не является сознанием. 2) Этика не проистекает из души и ее способности накапливать грех: в романе мы видим военных-каннибалов, которые опускаются до абсолютно аморальных низов низости, и Пановских, которые остаются приличными людьми в эхо-мире. Однако проблема в том, что именно Пановские пришли к доктрине отсутствия души, а военные ни о чем таком даже не думали, а просто выживали. То есть нам как-бы говорят, что основными источниками этики являются обстоятельства и воспитания, а не душа. И доказав отсутствие у себя души Пановсие не проваливаются в варварство, а переходят к светской этики с полигамией и эвтаназией не допустимой для католиков. Возможно, таким образом Диш делает аргумент, что эти действия в действительности этичны, так как могут быть разрешены созданиям, обладающим сознаниям, но лишенных души. И для поддержки этого основного (прикладного) тезиса об этики важен тезис (1) об различении сознания и души.Даже «голливудский» финал можно переосмыслить через эту философскую призму. Создание Земли[2] — это не просто удачное решение; это финальная стадия эксперимента. Оно демонстрирует, что стабильное, нравственное общество может быть построено и поддерживаться исключительно существами, которым, по теологическому определению, недостаёт фундаментального компонента человеческого достоинства (души). Это окончательный триумф гуманистической, светской этики, которую Пановски заложили в своём подвале.

Также на более спекулятивном уровне, интересно предположение что Диш вообще использует топологию в этом романе как символическое обозначение теологии. Тогда если внимательно перечитать слова, которые он использует для описание открытия Панковского о «раздутие бутылки Клейна», то тогда может создаться впечатление, что принцип позволяющий создать телепорт является неким глюком или ошибкой в физической реальности. И возникновение эхо-двойников это такой же глюк, который никогда не был бы допущен, если бы реальность была бы создана совершенным Богом, как учит католическая церковь. Поэтому это можно было бы считать третьим тезисом, о несовершенстве и о несотворенной Богом реальности. Тут могут быть два решения: материализм и гностицизм. Но пока это уже уводит нас от текста романа.

В итоге я бы сказал, что «Эхо Плоти Твоей» — это проницательный роман философский мысленный эксперимент, особенно если абстрагироваться от слишком удобных деталей сюжеты, и слишком уж цирковой концовки.

Альбом: Ask the Unicorn
Исполнитель: Ed Askew
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Folk, Folk Noir
Cцена: Нью-Йорк

Это странная и очень динамичная песня, похожая на заклинание, которое накладывается на слушателя благодаря повторению слов «Fancy That», и на проповедь одновременно. Эти слова скорее всего являтся двойной формулой, где «Fancу» (Дух/Разум/Трансцендентность): Луна, небо, сны, пророки, ангелы, духи, огонь, галактики. Это сфера воображения, пророчества и космической абстракции. А «That» (Тело/Имманентность): Тело, земля, кровь, бороды, вино, танцы. Это сфера физического, земного и внутреннего. Тут сложный философский посыл. С одной стороны нам рассказывают о мире фантазий. С другой стороны призывают обратить внимание на собственное тело. Все это выражается через религиозные и мистические образы. «Пластиковый» аспект «Пластиковых пророков» предполагает, что эти пророки: Искусственные: созданные человеком, массово производимые, ненастоящие. Они — усвоенная мудрость, догма, институциональная религия; Пластичные/поддельные: их пророчество — не жёсткая божественная истина, а нечто гибкое и, возможно, ложное. Слепые и поглощённые: они «умерли в огне моего тела». Это блейковскианская и гностическая идея. Внешний, принятый бог или пророк должен быть уничтожен внутренним, личным огнём опыта («река в моём разуме»). Истинное откровение происходит внутри меня, сжигая пластиковые идолы. В Мольбе: «Пожалуйста, оставь моё тело позади» еретическая суть песни. Он переворачивает традиционную духовность (стремящуюся освободить дух от тела) и принимает своего рода плотской гностицизм или сакральный материализм. Дух и разум можно оставить; они уязвимы для внешних воздействий (пророков, ангелов, догм). Но тело — фундаментальная, непреложная основа бытия. Это место опыта — танца, кровотечения, чувствования. «Оставить тело позади» — значит сохранить то единственное, что действительно принадлежит ему.

Гротескный Ангел-Царь — синтез тем песни: «Носит колыбель вместо короны»: Власть (корона) инфантильна (колыбель). Власть рождается и пребывает в состоянии детской зависимости. «Читает детективы... слушает музыку мертвецов»: Он — пассивный потребитель насилия и искусства, оторванный от их реальных последствий. «Прекрасные белые крылья тянут его вниз»: Это образ антитрансцендентности. Инструменты духовного восхождения — бремя. Это прямая критика «фантазийного» мира — когда он становится институционализированным («королем»), он становится тяжёлым, гнетущим и приземлённым.

Смысл проповеди заключается не в том, чтобы бежать от тела, а в том, чтобы воссоединиться с троичностью бытия: «Обрати свой ум к луне / И свой дух к солнцу»: Признай космическое и интеллектуальное. «Но держи тело на земле»: Оставайся укоренённым в физической реальности. «И танцуй на холме, пока не обретёшь свою троицу»: Объединяющий акт — не молитва или аскетизм, а экстатический, языческий, физический акт танца. «Троица» (Разум, Дух, Тело) обретается не в теологических исследованиях, а в ритмичном, земном движении.

Это более простая песня, исполненная в стиле Боба Дилана. Я понятия не имею, кто такие Питер и Дэвид. Мне нравится думать о них как о геях-любовниках. Возможно, они личные знакомые Эда Эскью. Но они могут быть кем-то вроде известных поэтов, певцов или художников. В этом случае Дэвид, должно быть, ассоциируется с произведением искусства, связанным со «Звездой», а Питер — с произведением искусства, связанным со «Воробьем». В противном случае «Звезда» и «Воробей» могут обозначать их как-то иначе. Тем не менее, я никого не узнаю. И, вероятно, идентификация главных героев не важна, потому что главная мысль этой песни — передать нежность любви и боль разлуки. Творчество Аскью глубоко личностно и непрозрачно, часто опираясь на собственную жизнь и круг общения, оставаясь при этом тайным. Однако символы «Звезды» и «Воробья» настолько сильны, что предполагают архетипическое прочтение, даже если конкретные люди затеряны во времени. Дэвид-Звезда: эта ассоциация может быть связана со Звездой Давида, или с высказыванием Кроули «Каждый мужчина и каждая женщина — звезда» — утверждением индивидуального, космического значения и уникального предназначения (Истинной Воли). Давид — тот, кого трогают, помнят, возможно, идеализируют или видят издалека («Go far David star»). Он — неподвижная точка, небесное тело. Питер Воробей: Это, возможно, библейская отсылка. В Евангелии от Матфея Иисус заверяет своих учеников, что даже воробей не упадёт на землю без ведома Бога, и что они «ценнее многих воробьёв». Само имя Питер означает «камень», основание церкви. Итак, у нас есть фигура по имени «Скала», связанная с самым хрупким из существ – воробьём. Это создаёт диалектическое напряжение: Питер – одновременно и надёжная основа, и уязвимое, находящееся под опекой существо. Вместе они образуют взаимодополняющую пару: Дэвид – Космический и Далёкий (звезда на небосклоне разума). Питер – Земной и Уязвимый (воробей, мечтатель). Это соответствует строки из песни: «Peter dreams, and David sighs». Питер – тот, кто погружён во внутренний мир «фантазий», в то время как Дэвид – тот, кто выражает тоску или смирение с более отстранённой, возможно, более мудрой точки зрения.

Эта песня не линейное повествование, а цикл волнующих моментов, вращающихся вокруг центральных, хрупких отношений. Начало — Тоска и эфемерность «Touch a dream or touch my hand»: уже в первых строках задаётся ключевой конфликт между идеалом («dream») и реальной, физической связью («hand»). Это продолжает тему с противопостовлением реального и фантастического из прошлой песни «Fancy That».Мгновенное появление смерти («Blossoms die») задаёт тон. Красота и любовь по своей природе мимолётны. Центральная тема: Память и травма. тут использована параллельная структура : «Touch a dream or touch my hand» (первоначальное романтическое предложение) и «Touch the memory or touch a scar» (похожее предложение, но уже в обрамлении боли прошлого). «Шрам» даёт понять, что эти отношения не новы; их преследует старая рана. Средняя часть представляет собой ряд нежных предупреждений: «Balance a butterfly on your knee»: Образ изысканной, хрупкой красоты и доверия. «But hold your candle / Carefully»: Свеча — это крошечный, сдержанный огонь. Она дарит свет, но при неосторожном обращении может начать пожар. В этом и заключается суть песни: эта нежная любовь сильна и опасна. А может быть эти строки представляют собой метафару анального секса. Концовка смиренная. «Trees die»: Естественный цикл продолжается. «Star rises / Sparrow flies»: Дэвид и Питер продолжают свой путь, каждый по своему архетипическому пути. «Peter sighs, and David dreams»: Их основополагающие сущности остаются. Мечтатель мечтает; звезда вздыхает с космической тоской или меланхолией. «And rain / will come again»: Это последнее, прекрасное освобождение. Дождь погасит опасный «пожар», смоет боль и позволит возродиться. Это обещание продолжения цикла, а вместе с ним и возможность очищения и нового роста.

Эта песня — пасторальная элегия об отношениях, которые существуют в уединенном, естественном мире («море», «солнце и песок», «деревья»), но постоянно находятся под угрозой из-за внутренней травмы и эфемерности всего прекрасного. Это не грандиозная драма, а тихая, душераздирающая и, в конечном счёте, полная надежды поэма о хрупкости любви — о необходимости балансировать на месте бабочки, бережно держать свечу и верить, что после боли неизбежно вернётся очищающий дождь.

Это короткая песня со страстными аккордами и драматичными брейкдаунами. Тем не менее, текст этой песни загадочен и почти алхимичен до такой степени, что сама грамматика языка искажена до формы, которая лучше всего подходит этим аккордам. Будучи экспертом по бархатцам, я предположил, что эта песня посвящена ацтекскому богу смерти Миктлантекутли. В ацтекской традиции бархатцы (cempasúchil) – цветы мёртвых. Считается, что их сильный аромат и яркий цвет указывают духам путь в Миктлан, подземный мир. Эта песня не о смерти в мрачном смысле, это карта психоделического или визионерского погружения в подземный мир. Возможно, эта песня описывает путь мёртвых, которые путешествуют подобно лучам света, а может, и нет.

Возможно, в ней замешаны ещё более глубокие оккультные темы вроде алхимии и Каббалы. Например, Эд Аскйю тут поет, как он идет по разным поверхностям: зеленной воде, солнцу, серебрянному камню. Этот путь он называет «Тишиной». Это все может означать разные психические состояния, стадии алхемического делания или сефиры.

В песни есть строки «he murder was no one / And I cannot see why / Anyone should have gone» и «Death visited someone, said 'Hello,' and was gone». Возможно тут поется о смерти Эго. А «Cмерть» здесь это не мрачный жнец, а Миктлантекутли в образе проезжающего сановника. Смерть здесь — не окончательное состояние, а переходный момент, краткая встреча («привет») на пути. Это прекрасно отражает ацтекское представление о Миктлане как о путешествии, а не просто о конечном пункте назначения.

Песня заканчивается строками «the sound of the sun / Made another sound, but what no one knows is the gold». Это самореферентный гений. «Звук солнца» — это изначальное видение, сырой, невыразимый мистический опыт. Этот опыт «произвёл другой звук» — эту самую песню. Эд Аскйю преобразил своё непередаваемое видение в произведение искусства, последовательность звуков (музыки и текста). «Золото» — это скрытый, совершенный смысл — Aurora Consurgens, или Философский камень, возникающий в результате алхимического процесса. Но он тайный («никто не знает»). Истинное «золото» — это преобразующий потенциал, который песня таит в себе для слушателя, способного расшифровать её код. Песня не о золоте; песня, если её правильно воспринять, и есть золото.

Это весёлая песня с простыми рифмами, которые создают запоминающиеся куплеты. Тем не менее, связь мистера Дрима с Питером, а мистера Ремембера с Дэвидом из «Питера и Дэвида» несомненна. Из этой песни мы можем узнать о них новые подробности. Похоже, Дэвид умер, и даже указаны данные о том, что это произошло в ноябре в час дня, но не указан день или год. Однако смерть мистера Мечты может быть символичной и может означать что угодно от депрессии до оргазма.

Но, возможно, интересней считать «Мистер Мечта» — не личность, а персонифицированное состояние бытия. Он олицетворяет Надежду, Потенциал, Невинность и безбрежное будущее. Его аналог, «Мистер Воспоминание», олицетворяет способность Памяти, Ностальгии и, возможно, Сожаления.«Mr. Dream died in November / And Mr. Remember / Came in December»:Это фундаментальный цикл. Смерть надежды (конец года, наступление зимы) немедленно сменяется состоянием размышления и воспоминаний. «Господин Воспоминание» не просто появляется; он активно «хоронит мечту», намекая на то, что память порой может погребать надежду, а не сохранять её. «Дети, которые умерли», которые «плакали в ноябре», делают эту утрату универсальной. Умерла не одна мечта, а целое поколение потенциала, юной невинности. Это тесно связано с «Матерями сентября». Если мистер Ремембер «вспомнил сентябрь», то матери и есть источник этой памяти — именно они вынашивали этот потенциал («дети» весны/лета) и теперь должны похоронить его труп («похоронили мечту»).

«Летние влюблённые в декабре» – трогательный образ. Они – анахронизм, пытающийся жить летней реальностью в зимнем мире. Их любовь не по сезону. «Mr. Remember / Carried roses in a desert: Это образ тщетной, прекрасной ностальгии. Он несёт символ летней любви (розы) в бесплодную, нынешнюю реальность (пустыню). «Mr. Dream / Died of flowers»: Это блестяще двусмысленная строка. Умер ли он из-за цветов (была ли красота и страсть самого лета слишком сильны, чтобы выдержать)? Или он умер, окружённый ими, прекрасной смертью? Это возвращает нас к заключительному тезису о том, что смерть может символизировать что угодно – от оргазма («la petite mort») до духовного упадка.

Интересно, что в одном из куплетов поется, Мистера Дрима убивает синоптик. Слово «cиноптик» в контексте этой песни можно понимать в двух смыслах. «Синоптик» в буквальном смысле: он сообщает о смене времён года, о приближении «горькой», «мрачной» зимы. Тем самым он объективно объявляет о смерти лета — он «убил мечту», констатируя факт её исчезновения. «Звук выстрела» — это окончательность его прогноза, точка невозврата, которая «остановила мир». «Синоптики» в революционном ключе: этот смысл, учитывая контекст альбома 1968 года, неизбежен. «Синоптики» были радикальной фракцией, возникшей из-за крушения мирной мечты 1960-х. В этой интерпретации «синоптик» — жестокий, прагматичный революционер, активно уничтожающий наивную, пацифистскую «мечту» о Лете Любви. Выстрел, «остановивший мир», — это убийство надежды суровой реальностью политического насилия. Также стоит заметить, что Кеннеди был убит в Ноябре также как и «Мистер Мечта», но он был убит в 12:30, a не в час, хотя возможно новость об убийстве большинство американцев получили в час. Поэтому это может быть песня об убийстве Кэнэди.

«Мистер Мечта» — идеальный миниатюрный панегирик концу 1960-х. Он передает особую меланхолию, которую испытываешь, наблюдая, как утопические мечты о «Лете любви» (влюблённые, цветы) превращаются в горькую, жестокую реальность 1968–1969 годов («Уэзермены», политические убийства, ощущение конца).

В этой песне используются аккорды песни «Mr. Dream», но также присутствует безумный припев «La, La, La». Возможно, эта песня отсылает к личным делам Эда Эскью или к концепции «Багряной женщины» из произведений Алистера Кроули.

«You walk on roses when you're in town»: розы глубоко символичны в западной эзотерике, олицетворяя тайну, красоту и раскрытие сердца. «Ходить по розам» — значит двигаться по миру, обладая священной, освящённой силой, которая преображает обыденное («город») в нечто магическое.

«You had a child inside the sun»: это глубоко телемитский образ. «Солнце» — это ядро ​​Воли, Солнечного Логоса. Рождение ребёнка внутри него — метафора зарождения нового, божественного сознания из сердца истинного предназначения человека. (Это также трагически перекликается со смертью ребёнка Кроули и Роуз Келли).

«Red woman opens the wall / You paint dream figures on the floor»: Багряная Женщина — это врата (Бабалон означает «Врата Богов»). Она «открывает стену» между сознанием и бессознательным, мирским и магическим. «Фигуры сновидений на полу» могут быть символами, божественными именами или самими чертежами новой реальности, нарисованными в священном пространстве, которое она создаёт.

«Your mind's in the sky when you walk on the ground»: это высшее состояние просветлённого существа. Она полностью укоренена в физической реальности («идёт по земле»), в то время как её сознание объединено с божественным («небом»). Она — живой мост между небом и землёй.

Эта песня сравнивает положение полов в патриархальном обществе в ожидании ядерной войны. Повторяющийся образ «прекрасной стены» – главный символ песни. Его интерпретация идеальна: он олицетворяет структуру патриархального, аристократического или просто традиционного общества. Она «прекрасна»: она обеспечивает порядок, безопасность, традицию и эстетическую гармонию. «Белые стены», «розы», «лужайка» – это организованное, цивилизованное пространство. Это «стена»: это граница, которая разделяет и ограничивает. Она удерживает «невинность» внутри, но также не допускает реальность. Она создаёт жёсткое разделение между полами («дамы» против «лордов», «леди» против «джентльменов») и классами. Сила песни заключается в том, что она показывает, как эта прекрасная структура рушится. Каждая строфа открывает новую трещину: «Белые стены отражают то немногое, что осталось от невинности»: Стены не содержат невинности; они могут лишь отражать то немногое, что осталось. Она уже исчезает. «Розы падают»: Традиционный символ романтики и красоты приходит в упадок. «Такого никогда не было»: Жители дезориентированы; старые сценарии больше не действуют. «Время прошло, / Когда дамы могли ожидать, что их кавалеры подождут»: Это прямой крах общественного договора. Формальные, гендерные ритуалы (мужчины ждут, женщины обслуживаются) рушатся. «Лёгкий дождь, / Кажется, не заметил перемен»: Это блестящий, пронзительный штрих. Природа безразлична к их социальной драме. «Лёгкий дождь» продолжает свой вневременной цикл, подчёркивая абсурдность и мимолётность их человеческих правил. Дождь в «зале» — мощный образ внешнего мира (природы, перемен), вторгающегося во внутреннее, структурированное пространство. «Красные листья падают в пламя, / Которое сжигает память»: Это последняя, ​​жестокая стадия. Прекрасный осенний упадок («красные листья») поглощается разрушительным пламенем. Сама память о старом мире стирается. Это не просто перемены; Это уничтожение. «Джентльмены сидят и ждут следующей войны»: в отсутствие своей прежней роли (ожидания дамы в коридоре) мужчины обрели новую, более мрачную: ожидание уничтожения. Пассивность сменилась ухаживанием на нигилизм. Война — единственное «следующее», что они могут себе представить.

Это значительная по хронометражу песня с мрачной, тревожной мелодией, напоминающей плач. Она оплакивает исчезновение поколения детей любви, которые будут уничтожены в огне войны. Эта война ассоциируется с токсическими мужскими мечтами о «власти и славе». Другие символы в этой песне можно интерпретировать как символы потустороннего мира и его богов. Название песни можно трактовать двояко. Слово «May» может относиться как к «месяцу мая», так и к модальности возможности (или необходимости в контексте песни). Это не просто антивоенная песня; это гностическое видение мира, пожираемого его собственными ложными и безумными творениями. «desires of manhood», — это демиургические силы — слепые, созидательные/разрушительные энергии, создавшие мир «glory and power/ and oceans of waves / and armies of slaves», мир, который теперь поглощает себя в «огненном солнце».

«When women are made by men who desire / To sleep in the shade and burn in the fire». Это описание акта творения эманаций смысле Блейка. Концепция эманации Блейка — ключ к метафизическому ужасу песни. В системе Блейка эманация (вроде Энитармон) — это выраженная вовне женская часть психики мужского существа. «Женщины» здесь — истинные Эманации, но созданные мужской волей, одержимой властью и насилием. Это девушки с обложки журнала и на носах бомбардировщиков, олицетворение наций как матерей, которых нужно защищать, абстрактная «любовь», за которую солдатам говорят, что они сражаются. Эти эманации рождаются из желания как пассивного комфорта («спать в тени»), так и разрушительного экстаза («гореть в огне»).

«And the love that was made / Returns to the river and the river / Returns to the grave». Эта река, возможно, существовала в западных землях Египта, что связывает её с символикой смерти, создаваемой образом могилы. Иногда её описывают как реку дерьма, но здесь это непристойное описание отсутствует. Однако, как объяснил У. С. Берроуз, эта река на самом деле состоит из прошлого травматического опыта человека. Это разрушительный образ замкнутой, бесплодной системы. Даже любовь, рождённая в этой испорченной реальности, не творит и не превосходит. Она — всего лишь очередной обломок, смытый в реку прошлого, которая сама течёт лишь в общую могилу. Выхода нет, лишь круговорот в круговороте смерти.

«Lord on the blossom / Is jetsam and flotsam... / Deliver a river of fire and flowers / To cover the lovers of power and glory». Тут поется гностическим божьим судом. «Святые, пожирающие страсть и власть» — жестокие, архетипические боги этого ложного космоса — возможно, те же «ангелы и тени», что «охраняют желания мужественности». Их «река огня и цветов» — наказание, соответствующее преступлению: в них погребены лидеры, поклонявшиеся огню (войне) и пустой красоте (цветам). Ваше последнее замечание о названии блестяще. «Да хвалят цветы» — одно из самых горько-ироничных названий, которые только можно себе представить. Как название месяца: «Майские цветы» символизируют пик весны, плодородия и жизни. Восхвалять их в этом контексте — значит возносить пустую молитву об обновлении, которое никогда не наступит. Единственные цветы, растущие в этом мире, — это «цветы боли». В качестве модального глагола: фраза превращается в отчаянный, саркастический императив: «Да будут хвалены цветы!» Это приказ воспевать красоту мира, который, по сути, является склепом. Это безумное требование той самой системы, которую оплакивает песня.

Эд Аскью не просто предупреждает о политическом событии (ядерной войне); он диагностирует духовную болезнь. Бомба — лишь физическое проявление более глубокой, психической катастрофы: человеческий дух настолько погряз в собственных ложных творениях и безумных желаниях, что может лишь представлять собственное уничтожение «огнем и цветами».

Это медленная, страстная песня в стиле Боба Дилана. Текст этой песни загадочен. Песня называется «9», потому что содержит девять строф. Обратите внимание, что альбом содержит ещё девять песен. Таким образом, каждая строфа может соответствовать песне. Тогда эти строфы или песни можно рассматривать как девять параллельных линий, сходящихся в бесконечности. Бумажный разум может быть разумом слушателя, пытающегося интерпретировать песню. Последняя строфа насмехается над слушателем, который никогда не поймёт смысла песни, пока она не закончится.

«Parallel lines / Converge on a point in time / Where thoughts and the sound of rhymes / Wait for the next dream» — 9 песен — это «параллельные линии» — отдельные треки, каждый со своей темой и образами. Они «параллельны», потому что на протяжении всего альбома они ни разу не соприкасаются и не объясняют друг друга. Однако в сознании слушателя, во время и после прослушивания, они сходятся. Они встречаются в «точке времени» — моменте размышления, синтеза, понимания (или попытки его достижения). Эта точка существует в бесконечном, субъективном пространстве памяти и интерпретации слушателя («следующий сон»).

«9-Song» — это не просто очередной трек на альбоме; это самоосознающее сознание альбома. Это песня, которая комментирует собственное создание и собственное восприятие. Она о прекрасной, мучительной и, в конечном счёте, невыполнимой задаче воплощения мистического, личного видения в публичное произведение искусства и о столь же невыполнимой задаче слушателя — полностью вернуть себе это видение.

Это простая, но сильная и страстная песня. В ней Эд Эскью утверждает, что Любовь — это всё и, по сути, всё. И ни один аспект любви не может быть исключен из неё.В этой песне критикуется популярный бренд жевательной резинки «Love is..», который пытался выразить любовь в маленьких комиксах на наклейках. На самом деле, Эд Эскью идёт дальше и критикует другие концепции любви. Он отбрасывает сентиментальные, транзакционные, эгоцентричные и дуалистические представления о любви. Он выступает против любви как вещи, которой можно владеть, которую можно определить или использовать.

Тезис: «Любовь — это каждый» После деконструкции он предлагает свой поразительно простой и бесконечно сложный тезис. Это не пустая банальность. Это требовательное метафизическое утверждение.

«Love is not just one love / Love is everyone you love»: это переводит любовь из единичного, сфокусированного чувства (романтического, сыновнего) в состояние бытия по отношению ко всему миру. Это потенциал для любящей связи с каждым человеком. «And what makes you want to love? / And the love that you want?»: вот ключевые вопросы, на которые нет ответа. Они указывают на таинственный, внутренний источник способности любить. «Хочу» — это желание, воля к связи, которая предшествует любому конкретному объекту привязанности.

В како-то момент песня выходит за рамки межличностных отношений: «Love is that something that you feel when you feel love»: Это тавтология, указывающая на невыразимость опыта. Любовь — это само доказательство, само ощущение, несводимое ни к чему иному. «Love is that someone that you hold when you hold your love»: Это блестяще стирает грань между субъектом и объектом. «Кто-то» — это и сам возлюбленный, и сам любящий. В акте любви личности сливаются; любящий определяется своей способностью любить. «And your love is someone that you see when you see your love»: Это замыкает мистический круг. Способность любить («твоя любовь») становится сущностью — «кем-то», — которая позволяет тебе воспринимать мир определённым образом. «Увидеть свою любовь» — значит смотреть сквозь призму любви и, таким образом, осознавать «кого-то» (неотъемлемую ценность) во всём и во всех. «Любовь — это каждый» — это гностическое Евангелие в облике фолковой песни.

Это глубокая песня, неотъемлемая часть альбома. Текст страстный и загадочный. В ней есть глубокие отсылки к Евангелию. Но, возможно, она также содержит отсылки к другим мистическим учениям. На эмоциональном уровне эта песня полна грусти. В качестве припева в ней повторяется фраза «Ask the unicorn/ What is going on?». Таким образом, единорог — идеальное существо, желанное, но недостижимое. Поэтому ответ можно получить, только завершив поиск.

Эта песня содержит нечто вроде нарратива, трагическую историю. Первые строки не абстрактны; это сжатый, мифический рассказ о смерти. «Bullets were sleeping in the sky / One met a young man in the night»: Это создаёт мир скрытого насилия («спящие пули») и внезапной, роковой встречи. «Open the flower in his sight / Gave up the secret of his life»: Это потрясающе красивый и жестокий образ. Пуля «раскрывает цветок» — гротескная метафора расцветающей смертельной раны. В этот момент смерти тайна его жизни раскрывается не словами, а в жестоком обнажении его внутреннего «я». «And kissed another before he died»: В этом суть предательства. Поцелуй, главный символ близости и любви (перекликающийся с темами «Любовь — это всё»), здесь извращён. Это поцелуй Иуды, поцелуй, который предшествует смерти и облегчает ее.

«Grapes that were broken, and in time / Muddy water mixed with wine»: это Евхаристия, ставшая кислой. «Прекрасный виноград» олицетворяет избранность, чистый потенциал. Их «ломка» – это распятие. «Мутная вода, смешанная с вином» символизирует порчу священного. Чистое таинство (вино) осквернено земным и порочным («мутная вода»), возможно, символизируя падение учеников, жестокость мира или боль самого события. «Fish is the season of the vine»: это блестящее сочетание двух основных христианских символов. «Рыба» (ΙΧΘΥΣ) – тайный знак ранней Церкви. «Виноградная лоза» – это Сам Христос («Я есмь лоза»). Сказать, что «Рыба – время винограда», – значит сказать, что эпоха Церкви родилась из жертвы Христа. Это утверждение о цикличности смерти и возрождения, жертвоприношения и общности. «Rain is the reason for white wine»: Это продолжение алхимического процесса. Дождь (вода небес) необходим для того, чтобы виноград (разбитое тело) в конечном итоге стал вином (духовной субстанцией). «Белое вино» предполагает более чистый, более изысканный результат мучительного процесса.

Песня не даёт ответа от Единорога. Припев — это повторяющаяся отчаянная мольба в пустоту. Ответ, если он существует, не дан. Его нужно найти в процессе вопрошания, в самом поиске — поиске, который можно завершить только через трансцендентное, почти невозможное состояние бытия. «Ask the Unicorn» — тёмное, пульсирующее сердце альбома. Это глубоко гностическое утверждение: мы заперты в мире страданий и тайн, а божественная истина («Единорог») кажется невероятно далёкой, оставляя нас лишь с нашими страстными вопросами, на которые нет ответа. А может и нет. Может быть «спрашивать у единорога» совершенно нормально. Поэтому он и предлагает так поступать. Если мы примем это, рефрен полностью изменится. Это больше не крик: «Господи, почему это происходит?!» Он превращается в: Указание: «Тебя смущают предательство, смерть, мутная вода в вине. Ты ищешь ответы не там, где надо. Не спрашивай политиков, философов или священников. Логика этого мира нарушена. Сущность, которая понимает логику этой высшей реальности, — Единорог. Иди и спроси его». Констатация факта: «Я наблюдаю эти ужасные, прекрасные и загадочные события. Чтобы понять их, я спрашиваю Единорога. Так я прокладываю свой путь».

На протяжении всего альбома Эскью скрупулезно выстраивает космологию: В «Fancy That» он описывает мир, где разум пребывает на луне, дух – на солнце, а тело танцует на земле, пока не обретается «троица». Это не просто поэзия; это карта психической географии. В «Marigolds» он перемещается по ландшафту жёлтого неба и безмолвного солнечного света – ясному описанию Mundus Imaginalis. «Red Woman» – это живой архетип, Алая Женщина, с которой он взаимодействует напрямую.В этом контексте Единорог – просто ещё одна сущность в этом гиперреальном мире. Он не более мифичен, чем «семь причудливых пластиковых пророков» или «ангелы-хранители»; это иной порядок бытия, но он равно присутствует для него.

Благодаря своему чтению Эд Эскью является прямым потомком Уильяма Блейка и Артура Мейчена. Для Блейка общение с ангелами и пророками было неотъемлемой частью творческого процесса. Для Мейчена мир фей и сверхъестественного проникал в наш мир. Для Эскью, играющего на своём «Мартине», завеса между мирами была тонкой. Единорог не был символом недостижимой истины; он был ресурсом. Таким образом, этот альбом — не сборник загадочных стихов о тайне. Это путеводитель по миру, где мистика обыденна, где любовь — это всё, и где первый и самый логичный шаг, если не понимаешь глубинных закономерностей жизни и смерти, — это просто… спросить единорога.

Альбом: Flashes
Исполнитель: Ill Wind
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock
Cцена: Бостон

• Walkin' And Singin' — очень приятный, легкий открываюший трек. Мне напромнило знаменитый комикс Крамба «Keep on tracking»
• People In The Night — это уже более тяжелый трек с женским вокалом и «прогрессивным проигрышем», про ночной образ жизни.
• Little Man — Трек открывает психоделический джэм. Потом идет секция с пафосным вокалом о судьбе, который какбы контрастирует с названием трека. В припеве снова обращаются к « Little Man » и как бы призывают его найти свою судьбу
• Dark World — Красивый медленный лиричный трек с женским вокалом, почти Жестокий Романс
• L.A.P.D — Более мрачный психоделический трек. Про полицию Лос Анджелеса ди он? И нет, и да. Лирика тут действительн аггресивна и излучает опасность наркотиков. Трек заканчивается психоделическим джемом, и spoken world фрагментом, который призывает жителей Лос Анджелеса поднять востание и распустить полицию.
• High Flying bird — Eще один тяжелый трек с женским вокалом в стиле группы «Jefferson Airplane». Интересные строки:«He wanted to fly/ The only way to fly was to die. Очень страстны вокал во второй части трека, более похожий на что-то что я ожидал бы от готического рока или пост-панка
• Hung up Chick — более спокойный трек с женским вокалом.
• Sleep — нобычная стилизация под старую эстрадную песню с акопелло.
• Full Cycle — Трек начинается как литургия и звучит как литургия с минималистичными рок-звуками. Но его лирика не религиозна по своей сути.

Альбом: Peak Impressions and Thoughts
Исполнитель: The Freeborne
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Pop, Psychedelic Rock
Cцена: Бостон

• Images — приятный легкий трек с клавишными проигрышами и трубой.
• Land of Diana — мистический трек, немного похожий на «Season of the witch». Но в целом он сочитает множество стилей. Кажется он меня и подкупил.
• Visions of my own — Трек открывается спокойным проигрышем с флейтой, к ниму присоединятся нежное гудение вокалиста. В дальнейшем трек развивается как нечто волшебное и очаровательное, а потом даже борочное. Тем не менее в конце в качестве экстравагантного жеста к треку добавляется марш.
• Sadly Acknowledged — Трек состоит из сэмплов взрывов и стрельбы, на их фоне звучит короткая антивоенная песня.
• Peak Impressions and Thoughts — магический трек с сексуальным андрогиным вокалом. Он создает ощущение полета после употребления наркотиков.
• Yellow Sky — мечтательный трек в стиле Битлз, но с более тяжелыми прогрессивными проигрышами.
• Peak Impressions and Thoughts — магический трек с сексуальным андрогиным вокалом. Он создает ощущение полета после употребления наркотиков.
• Hurtin' Kind Of Woman — Нуарная балада в стиле джаз. Звучит как что-то от Нины Симон
• Inside People — Веселый, игривый трек. Вокалист поет в ведро.
• New Song of Orestes — Эпические проигрыши, псевдо-классическая песня. Заканчивается печальным поэтичным Spoken word фрагментом.
• But I must return to frenzy — Трек открывется маршем на фоне, которого произносятся стихи. Но потом трек эволюционирует и превращается в фри-джаз. Потом трек снова эволюционирует в произведение для пианино. Потом снова марш.

Начнем, собственно с географии. Голливуд как бы разрезается рельефом со стороны моря на две части. Складки рельефа образуют множества каньонов, укрытия для богатых, знаменитых и порочных. Если представлять эти места во второй половине двадцатого века, то это вайб фильмов «Малхоланд Драйв» и «Однажды в Голливуде». Но эти места не всегда были такими. Долгое время это Каньон Лорел принадлежал дикой природе, но после первой мировой войны его начинают застраивать как потенциальный курортный район с «дачами» c дачами для богатых Лос-Анджельцев. Просто кому попало там участки не продавали. Жить там могли только белые и богатые. Заблудших куда не надо ниггеров секли розгами по жопе специально подготовленные ковбои. Уже тогда в Каньоне Лорел появилось две архитектурные доминанты. «Бревенчатая избушка» — огромный пятиэтажный клуб для богатых граждан, решивших поиграть в ковбоев, с боулингом в подвале в форме искусственной пещеры, и отель «лукаут инн» на горе, похожий на отель «Оверлук» из «Cияния» Cтивена Кинга. Потом к «бревенчатой избушке» пристроили гостевой домик, который назывался «Домик на Дереве». Сейчас «бревенчатая избушка» сгорела, как и многие другие знаменитые дома каньона (поэтому каньон Лорен я не рекомендую для туристом), что МакГоуэн считает признаком поджогов с целью скрыть важные улики. Остался только «Домик на дереве», но и это поражающий воображения особняк, и глядя на него можно представлять роскошества «бревенчачатой избушке». Потом богатые и знаменитые построили в каньоне еще много интересных особняков. Но что интересно, многие из них соединялись тайными подземными ходами, иди содержали тайные комнаты за книжными шкафами и портреты с прорезями в глазах, которые позволяли подглядывать за гостями, прямо как в старых триллерах. Легко представить себе как люди в черных балаклавах пробираются по подземному ходу к рок-звезде в особняк, убивают ее, и инсценируют фейковый суицид и передоз. Например, напротив «Бревенчатой избушки» находился особняк Гудини. Он тоже сгорел. Но до сих пор местные жители говорят, что по Но сам интересным открытием для меня было то, что в каньоне в какой-то момент появился секретный военный объект «Lookout Lab». Официально он занимался производством учебных фильмов для спецслужб. То есть идея была в том, что такой объект будет в Голливуде, и звезды будут участвовать в съемках этих секретных фильмов. И они действительно участвовали. Но МакГовен намекает, что там были и какие -то особые эксперименты типа MK Ultra от которых должны были волосы встать на спине у нацистских преступников. Легко представить себе как с наступление ночи из лаборатории расползается зло по лаборатории и дальше по Голливуду. Интересно, что эта лаборатория находилась в непосредственной близости от «бревенчатой избушки». Сейчас она тоже превращена в объект элитной недвижимости.

Карта местности

Бревенчатая избушка

Домик на дереве

Отель «Lookout Mountain Inn».

«Lookout Mountain Lab» сегодня.
Из паркинга сделали бассейн.

Вито Паулекас

Масон Карл Франзони (супергерой Капитан Хуй) в 2020-м году

Альбом Фрэнка Заппы «Freak out»

Альбом группы «Love»«Forever Changing»
Часто признается лучшим психоделическим альбомом 60-х.

Нынешнее состояние ранчо Мерфи

«Mr. Natural» Роберта Крамба.

А то что все музыканты в каньоне активно умирали, так это достаточно очевидно. С одной стороны наркотики, с другой наркотики вы когда-нибудь видели молодых творческих личностей, которые буквально сжигают себя ради своего творчества? Среди таких неминуемо будут суициды и substance abuse. Но кроме слабой аргументации у этой книги были и свои достоинства. Она однозначно помогла мне понять лучше как была устроена сцена в Лос-Анджелесе 60-х с откровенной попсой, попсовыми фолк-рокерами (а позже и попсовыми кантри-рокерами), сценой клуба Виски-а-гоу-гоу, и фриками Франка Заппы. Как я уже отмечал выше погружение в альтернативную географию Голливуда весьма интересное. Я разгадал пару загадок: откуда столько музыкантов в каньоне Лорел? Почему Чарли Мэнсон хотел спрятаться в дыре? Поэтому я не считаю эту книгу очень плохой. Но она ближе к «Hollywood Babylon» чем к серьезному историческому исследованию.

Альбом: I'm feel Like I'm fixing to die
Исполнитель: Country Joe and the Fish
Год Выхода: 1967
Жанр: Blues Rock, Psychedelic Rock
Cцена: Cан Франциско

Интересный факт: в комплекте с альбомов шла настольная игра.

Второй альбом от дядюшке Джо и дядюшки Мао, и вроде последний в этом соства. Оснавная проблема этого альбома в том, чо иногда он больше похож на стэнд-ап с музыкой, а не рок алюбом. Поэтому не думаю, что он многим подойдет как фоновая музыка. Это печально, потому что кроме антивоенных скетчей тут есть и очень спокойные психоделичные треки, которые для этого подходят.

1. I-Feel-Like-I’m-Fixin’-to-Die Rag — ироничная антивоенная частушка рэгтайм. Один из самых известных треков группы.
2. Who Am I — красивый трек, философский и эмоциональный. Who am I \ To stand and wonder, to wait \While the wheels of fate \Slowly grind my life away \Who am I ... And now my friend we meet again \ We shall see which one will bend \ Under the strain of death's golden eyes \Which one of us shall win the prize \To live and which one will die \'Tis I, my friend, \ yes 'tis I \ Shall kill to live again and again \To clutch the throat of sweet revenge \For life is here only for the taking . Возможно это я, но я слышу что-то от Ницше с его вечным возвращением в этой лирике.
3. Pat’s Song — eше один медленный спокойный трек с красивой лирикой. При анализе лирики становится понятно, что это довольно простая любовная песня (lovesong). Тут есть необычные ускорение (гитарное соло?) напоминающие мат-рок.
4. Rock Coast Blues — блюз есть блюз.
5. Magoo Blues — Еще один красивый меланхоличный трек. Он использует раскаты грома в качестве дополнительного иснтрумента. Лирика этого трека кратка, это трек заклинание: Sometimes when I look into your eyes \ The hurt and pain I see makes me want to cry \ The stars are so big and the earth is so small \ Stay as you are, stay as you are \ Sometimes when I look into your eyes \ The beauty that I see makes me want to cry \ The stars are so big and the earth is so small \ Stay as you are, stay as you are Life before death \ Stay as you are, stay as you are Life before death\ Stay as you are, stay as you are Life before death\ Но после произнесения заклинания следует еще и большой инструментальный фрагмент.
6. Janis — cпокойная любовная песня.
7. Though Dream — интересный трек. Необочное начало, которое потом переходит в госпел с лирикой:Yeah, I said please, please don't drop / Don't drop that H-bomb on me, yes / Well you can drop it / Oh, you can drop it on yourself Потом госпел затихает и начинается спокойный трек, в котором есть что-то фолковое. звучит философская лирика :I walk through the scented air of summer's blooming / Into the frozen air of winter's dying / And as tears inside me fall / The pain of old wounds calls me to mend them / And I realize once more / That things done before have no ending Потом снова начинает звучать госпел про водородную бомбу, но он быстро затихает. И включается рэгтайм с пропагандой ЛСД: Hands up Charlie and-uh... / Now if you're tired or a bit run down / Can't seem to getcha feet off the ground / Maybe you oughta try a little bit of L.S.D / Only if you want to</i> Интересно, Чарли который тут упоминается, это Чарли Мэнсон?
.
8. Thursday — еще один медленный красивый, почти инструментальный трек.
9. Eastern Jam — то что в название, инструментальный трек.
10. Colors for Susan — Еще один инструментальный трек. Но теперь это не джем, а магические аккорды.

Альбом: S. F. Sorrow
Исполнитель: Pretty Things
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock, Rock Opera, Prog Rock
Cцена: Лондон

Это не обычный рок-альбом, а целая рок-опера. Меня тут зацепили отсылки к культу Вуду. Звук этого альбома полностью вдохновлен свингующим Лондоном. Отдельные фрагменты напоминают веселые треки Битлз. Но тут есть и более драматичные фрагменты. Я так думаю. После Country Joe звучит конечно простовато и слишком весело.

Альбом: Strictly Personal
Исполнитель: Captain Beefheart and his magic band
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock, Blues Rock
Cцена: Лос-Анджелес (freaks)

Я знаю, что это культовая группы. Причем та самая группа, где поют блюз страшным прокуренным голосом. Я никогда не мог понять, что фанаты в ней находит. Но этот альбом мне действительно понравился. Возможно потому что с ним произошла нехорошая история. И продюсеры группы заремиксисили его по своему без ведома группы. Может быть именно поэтому фанатам группы он не не нравится в отличие от меня. Думаю тут стоит разобрать треки:

1. Ah Feel Like Ahcid — Трек про то как лирический герой хотел отправить письмо и лизнул марку.
2. Safe as Milk — Ремикс титульного терка из прошлого альбома? О чем это? Добавлены странные звуки типа шума обертки когда поется про леденцы. качает.
3. Trust Me — Cтранный псевдо-философский трек. Наверное пародия на популярные в то время психоделические треки типа Doors (Break on through). Песня начинается примерно так. Потом меня за сердце берет как вокалист поет фразу « The path is youth, let the dying die \ The path is life, yeah, let the lying lie»
. И дальше трек трансформируется во что-то другое. Кажется тоже пародия на популярный психоделический трек, но я не помню какой именно</li>
4. Son of Mirror Man — Mere Man — блюз про зеркало с ебнутым вокалом, построенном на аллитерациях.
5. On the tomorrow — интересный гудящий звук и интересная абстрактная лирика: Mothers graze on grasslands / Grazin' woman stands on today's shiftin' sands / Grazin woman stands with baby springs on golden wings / Flies free of sorrow / On tomorrow (see them golden come) / (Sowing golden seeds) / (Growing free of harm) / (Growing free of harm) / Mothers graze on grasslands (Growing free of harm) / Pity for which it stands / We're all brothers on tomorrow/. Мне кажется капитана больше интересовала фонетика и рифма, а не смыслю Не такой прокуренный вокал как обычно.
6. Beatle Bones ‘n’ Smokin’ Stones — попурри из пародий на очевидные группы
7. Gimme Dat Harp Boy — Блюз бисексуального сексуальный маньяка, которой припадочно орет и требует ему срочно подать и мальчика, и девочку. А потом он поет как их юзает и ломает. Но, наверное все в порядке, потому что это песня про арфы?
8. Kandy Korn — начинается как веселый рок-н-ролл, потом мутирует во что-то другое.

Альбом: It Crawled into My Hand, Honest
Исполнитель: The Fugs
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock
Cцена: Нью-Йорк

Это наверное самый хорошо сделанный альбом бескомпромиссной группы «Уйобки» поэта Эда Сандерса. И наверное поэтому один из самых слушабельных. Не уверен хорошо ли это с точки зрения самой этой группы. Он состоит из кавалькады музыкальных номеров. Не буду все их перечислять. Но, например, там есть такое достижение поэтического гения как: River of shit \ River of shit \ Flow on, flow on, river of shit \ Right from my toes \ On up to my nose \ Flow on, flow on, river of shit \\ I've been swimming In this river of shit \ More than 20 years, and I'm getting tired of it \ Don't like swimming, hope it'll soon run dry \ Got to go on swimming, cause I don't want to die \ . А в треке «Johnny Pissoff Meets the Red Angel» то есть «Джонни Пошелнафиг», например, используется слово «fag» и «nigger», то есть «пидор» и «ниггер»!.

Потом Белого Клыка с братом забрали на систему астероидов «Лебединое Озеро». Она состояла из астероидов Чайковским, Стравинский, Адам, Пюньо, Прокофьев, Делиб, Шопен, Глазунов, Оффенбах, Глиэр, Набоков и Мийо. Там все все время танцевали Балет. Там у Белого Клыка появилась сука Джули и дочка. Потом к ним прилетела в гости мама с новым мужем, которого звали Сан Бернар. Они жил на Титане и там все все время исполняли оперы Вагнера. И они вместе полетели на Земли. Но когда они были на Земле, то произошла вспышка на солнце и все хозяева исчезли. Все питомцы попадают в плен Динго. Сам Белый Клык прыгает с самолета, на котором его пытаются отвезти в столицу для суда, с парашютом. И он сразу приземляется в концлагерь для питомцев и там начинается фарс с Ревизором Гоголя, в котором Белый Клык изображает ревизора. Оказывается, что питомцы не фига не работают, а только исполняют оперные оратории о своей страшной судьбе. Белого клыка разоблачает нерд Пальмино, который занимается электричеством в концлагере. Но внезапно оказывается, что он сам фурри, и хочет быть собакой. Пальмино связывается со спутниками Сатурна по радио. Оказывается, что хозяева живы. И они могут спасти всех питомцев, но их нужно вывести но холм рядом с концлагеря. Для этого Белый Клык в роли Хлестакова заставляет руководство концлагеря организовать грандиозную театральную постановку «Cалями» (то есть копченная колбаса, что есть неправильно понятая «Соломея»). Это уже абсолютный Фарс.

В итоге все питомцы спасаются кроме Белого Клыка и Сан Бернара. Сан Бернара казнят, но Белого Клыка отпускают. Его отвозят к одному из лидеров повстанцев, и оказывается, что это его отец. И он на самом деле подстроил свою смерть, чтобы уйти из контроля хозяев. И главное после этого он написал культовую книгу «жизнь человека», которая вдохновила Революцию. Но на самом деле динго мало читали книжки. И поэтому ему пришлось создать религию. И так как хозяева были похожи на традиционных богов, то новая религия должна была быть нестандартной. И в итоге он создал религию, где покланялись электрическим цепям и сделали закон Кирхгофа своей главной молитвой. И так революцию человечества возглавили Верховный Диод и Верховный Катод. Потом хозяева постепенно восстановились после вспышки и они решили, что нужно одомашнивать всех людей, и больше динго остаться не должно. Но к этому моменту герои поняли, что Хозяева любят волны, излучаемые людьми при эстетическом наслаждении. И они решили, что с ними можно бороться транслирую волны связанные с эстетическим отвращением. И так бывшего Белого Клыка, которого теперь звали Денис Уайт, приковали к энцефалограмме и стали пытать всякими гадостями, чтобы записать сигналы отвращения. И в этом им помогло не только отвращение Дениса к крови, но и рок-музыка.

Первое на что я обратил внимание в этом романе — это то что взаимодействие с хозяевами через поводок очень похоже на организованную религию. В псарнях Шредера питомцы по воскресеньем собирались в церковь на один час и там им надевали поводки. А на астероидах питомцы носили поводки постоянно. И если первое похоже на обычное христинство, то что за состояние cоответствует жизни на Астероидах? Может быть это особое оккультное, экзальтированное состояние, связанное с созданием великих произведений искусства. Но еще хозяева мне напомнили то, как богов описывал Кроули. Это были особые состояния которые можно был пробудить в себя, приводя себя к состоянию, которое нравится богам. И за это боги могут давать людям паранормальные способности. Например в романе есть сцены, где Сан Бернар кидает топоры в малолетнюю дочь Белого Клыка, играя в Вильгельма Тиля, но все нормально, потому что хозяева разрешили. ТО что этих сущностей можно отогнать с помощью отвратительного, вполне возможно, могло отвечать за поворот в искусстве 20-го века. Вес создатели атональной музыки и шоу-литературы просто боролись за свободу человечества от богов.

Что же касается того, нужна ли людям свобода от богов, то тут не все так однозначно. Сам роман настолько абсурдный и фарсовый, что мораль там серьезно не воспринимается. Это действительно какая-то пародия одновременно на Игру в Бисер и 1984. Динго тут показаны каким-то лютым агрессивным быдлом. А инопланетяне совсем не злые. Они просто хотят, чтобы все ходили в музыкальную школу.

Через какое-то время община захватывает в плен группу рейдеров. Людей с бесполезными профессиями, всяких гуманитариев и топологов, убивают и делают из них сосиски. Но в живых оставляют инженера Джеремаю Орвиля и медсестру Алису Немерову. У Бадди есть беременная жена Мэри Энн, которую взяли из прошлой группы рейдеров. Но предпочитает развлекаться с женой Нила. На День Благодарения все едят сосиски из человечины. Зимуют все вместе в одном сарае со скотом, чтобы экономить на отопление. Корова Бэтси телится, но ковбой Нил случайно ломает ей шею во время родом. И хотя она родила бычка — это означает что община остается без скотины и основным источником мясо дальше будет люди. Но никаого дальше не наступает, потому что прилетают серебряные шары и сжигают помещение, где все зимуют. Практически всем членам общины получается спастись. Но супруга старика Андерсона возвращается в «горящую избу», чтобы спасти Библию, и сгорает. Она же кстати делала сосиски из людей.

Чтобы спастись от холода и серебряных шаров выжившие члены общины укрываются в пещере. Не знаю как они решают проблему со светом. Наверное, у них есть фонари с динамо-машинами. Но они исследуют пещеру, которая просто огромная, и обнаруживают корни гигантских растений и что-то типа гигантских корнеплодом. Они обнаруживают, что могут выделять из корнеплодов питательную розовую массу и ей кормиться. Но потом оказывается, что вымазавшись в розовой массе все становятся очень хорни. Тут начинается самая сюрреалистическая часть романа. Старик Андерсон понимает, что жизнь в пещере в розовой жиже не соответствует протестантским ценностям. И он решает выводить людей наружу. Но часть поселян, включая жену Нила с ними не согласились и решили уйти глубже в пещеру. При подъеме патриарха, старика Андерсона кусает крыса и он умирает от сепсиса. Перед смертью патриарх пытается женить 14-летнюю Блоссом на 40-летнем Джеремайи. Потому что Джеремая может помочь общине выживать со всякими научными штучками. Но эти планы вызывают гнев Нила и он убивает старика Андерсона. Нил обвиняет Алису в смерти отца, и ее сбрасывают в пропасть.

Тем временем Блоссом бродит в пещере и теряется. Джеремая тоже теряется. Причем Джеремая видит призрак своей убитой подруги-актрисы из группы рейдеров, которую съел в виде сосиски, и та требует изрубить Блоссом топором. Бади отправляется их искать. Нил отправляется искать всех. Блоссом находит Алису живую, но со всеми костями сломанными, и та рассказывает ей правду про Нила и смерть ее отца. Алиса просит Блоссом убить ее, что та и делает. Джеремая находит Блоссом, но он не убивает ее, а признается ей в любви. Потом всех находит Бадди. Нил пытается сделать так, чтобы Бадди не смог вернуться, в лагерь и отвязывает канат, который тот использовал, чтобы найти дорогу обратно, но в результате этого сам теряется. Его тоже находят и прощают. Все всех любят. Но начинается потоп розовой жижи из растений, пришла весна, так долго поселяне жили в пещерах. Но потом Нил все равно пытается всех убить, чтобы его не заложили, и он сам мог жениться на Блоссом. Но Бадди бросает в него труп Алисы. Нил изрубил труп Алисы топором, но в процессе и он сходит с ума. Ему кажется, что труп Алисы это Блоссом. Он берет отрубленную голову Алисы и «занимается с ней любой», представляя, что это его несовершеннолетняя сестра. То есть тут не написано, что он прям ебет ее в рот хуем, так то тут все очень 12+, но мое воображение это дорисовало. И не обвиняйте мое воображение. Вот что именно написано в романе:«..Но её [Блоссом] голова, а следовательно, и губы, оказались совсем не там, где можно было бы ожидать. Она не была прикреплена к её шее. Наконец он [Нил] нашёл её голову в нескольких футах от себя. Губы, которые он поцеловал, имели привкус крови и лакрицы. И на несколько дней он утолил накопившуюся за годы похоть головой Алисы Немеров, медсестры».

Остальные герои возвращаются в лагерь, но на этом история не заканчивается. Также возвращается жена Нила, и Мэри Энн собирается разрешить Бадди взять ее в жены как вторую жену. Но она изменилась. А точнее отожралась до &laque;morbidly obese » состояния на розовой жиже. Герои пытаются выйти из подземелья но она не может ходить, такая она жирная и ее приходится тащить на канатах, предварительно смазав жижой. И когда герои уже приблизились к выходу, то прилетают новые серебрянные шары и высасывают всю жижу из растений и увозят ее куда-то в космос. А жена Нила при этом процессе с громким хлопком лопается, не выдержав перепад давления. В конце Джеремая отказывается от лидерстве, но берет в жены Блоссом и герои оставшиеся люди разбредаются по земле. Но автор пишет, что никто не выжил, все умерли от голода. И вообще все человечество вымерло. Как и Лев Толстой автор не пытается играть с читателем в двусмысленность и в конце сразу формулирует мораль: «Зло повсюду, но мы видим только то, что находится у нас перед носом, помним только то, что прошло через наш пищевод.». Это ироническое заключение могло бы быть в «Байках из Склепа». от EC-комикс. Поэтому и ощущение такое что прочитал хоррор.

Если дальше разбирать работу Диша со стороны писательства, то нужно заметить как много там от трагедии. Это и греческая трагедия, и трагедия Шекспира, но в первую очередь это ветхозаветные трагедии. Тут есть отсылки на Исход и на книга Иова. Но нельзя сказать, что роман воссоздаёт какую-то из этих конкретных классических историй. Эта атмосфера трагедии проявляется в том что судьба всех персонажей предопределена и у них нет спасения. Тема предопределения ососбено важна, потому что. И это является важной частью атмосферы романа. Традиция трагедии — одна из самых сильных в истории человечества. В то же время, в Ветхом завете предупрежденность проистекает от Иегову, страстно погруженного в судьбу избранного народа. Тут же предопределённость проистекает от индифферентных инопланетян, которые даже не пытаются общаться с людьми или сражаться с ними. Для них уничтожение человечества — это просто сельскохозяйственный процесс. Нам почти ничего не объясняют про инопланетян. Это делает их более зловещими и загадочными как в космических Ужасах Лавкрафта.

Другая интересная отсылка к Библии — это отсылка к Адаму и Евы, которая часто проклевывается когда персонажи обсуждают отношения Джеремаи и Блоссом. Но как выясняется они не Адама и Ева, а своего рода их негативы. Не первые люди на Земле, а последние люди, которые должны узреть гибель человеческой расы. То как Блоссом блуждает по подземелью очень похоже на образ блуждающей (wandering) Евы из Потерянного Рая Мильтона.

Не смотря на пересечения с классическими трагедиями это современный роман (novel). Персонажи развиваются. Например, Джеремя вначале клянется отомстить старику Андерсону. Также он видит призрак, который требует у него убить Блоссом. Но он преодолевает эти навождения и решает начать новую жизнь с Блоссом. В классической трагедии эта месть или угрозы исходящие от призрака обязательно бы реализовались и стали бы центральной движущей силой трагедии. Другие персонажи тоже развиваются. Например, Блоссом убивает Алису. Потому что в этой истории никто не может оставаться невинным.

Томас Дищ заканчивает книгу словами «Зло повсюду, но мы видим только то, что находится у нас перед носом, помним только то, что прошло через наш пищевод.». Мне кажется — это очень отличается от взглядов Льва Толстова о сопротивлению злу насилию. Это какой-то гностицизм, но не традиционный, а космический. Но даже в гностицизме был какой-то выход из Кеному. А тут вообще никакого выхода нет. И все что спасает человечества от космического ужаса &mdsash; это ее невежество.

Альбом: Cauldron
Исполнитель: Fifty foot Hose
Год Выхода: 1967
Жанр: Experimental, Psychedelic Rock

Группа называется «15-метровый 24-сантиметровый шланг». Представить себе такой шланг не сложно. Также не сложно представить себе серебряные яблоки. «Ceребренные Яблоки» — была у наст такая психоделическая группа, которая экспериментировала с синтами. И эта группа тоже экспериментировали. Но если яблочки подгодовили дорогу Крафтверку и группе Суицид, то шлангов можно считать родоначальниками нойза и нойз-рока. К этому всему добовляется женский вокал, который должен был, видимо, напоминать Jefferson Airplane. Но он получился более агрессивным и нервозным, что вместе с общим сырым качеством записи делает этот альбом чем-то уникальным, и, возможно, более злым чем планировали его создатели.

Альбом: I Stand Alone
Исполнитель: Al Kooper
Год Выхода: 1968
Жанр: Blues Rock, Soul, Country Rock, Psychedelic Rock

Этот альбом почти полная противоположность предыдущего. Тут отличный звук. Мне тут очень понравились песни про одиночество. Хотя, кажется, это коверы. Я вначале не хотел писать про этот альбом, потому что он мне казался слишком попсовым. Но потом я решил все равно про него написать. Потому что мне это почти ничего не стоит. И кажется, что сейчас Эла Купера все забыли. Я вообще вначале думал, что это альтернативный ник Алис Купер, но это оказалось не так.

Альбом: Karyōbin
Исполнитель: Spontaneous Music Ensemble
Год Выхода: 1968
Жанр: Free Jazz

Это фри джаз. Без комментариев.

Альбом: Earth Opera
Исполнитель: Earth Opera
Год Выхода: 1968
Жанр: Folk Rock, Prog Rock, Psychedelic Rock

Еше один представитель Бостонской сцены. Меня тут зацепил специфический для Бостона ироничный юмор. Например, открывающий трек «The Red Sox Are Winning» о том, как некая духовная личность вырывяется из глубинных расуждений мыслью о том, что бостонская комманда «red socks» побеждает, и трек закрывается кричалкой, видимо, фанатов: « Cмерть хиппи, смерть хиппи!». Эта толпа фанатов как бы репрезентирует дух современности, Жестокий, одеожимый скорстями и дешевым зрелищем. Многие другие треки на альбомы, например, «As it is Before» или «Close Your Eyes And Shut The Door» продолжаеют этот философствующий задумчивый тон, который противопостовляется фанатам на стадионе. То есть кажется «As it is Before» как раз пытается противопоставить этому духу современности дух безвременности. Возвращение к вечности вот что занчит быть хиппи для этих умных бостонцев. В следующем трека «Dreamless» звучат слова «Endless Today», снова отсылающие нас к вечности. Трек «To Care at All» открывается словами «If I could speak myself tonight \I might be silent once again\I might remember, even, who I was \If I could see my long forgotten friends». Это все звучит для меня очень по буддийски, по дзенски. Но есть у этого альбома и более злая, хохмящая сторона, бескопромисно жестокая. Например, очень забавный ироничный трек «Home of the Brave» про ветерана, который возвращается домой с фронта без руки. У него люди спрашивают как он потерял руку, а он отвечает:«But the war was grand /A lovely parade». Это почти как персонаж из знаменитого «Зеленого Слоника». Трек «The Child Bride» cобствено о легализованной педофилии. Этот трек можно противопоставить другому треку «Death of Fire», в котором поется о сжигании ведьмы-блудницы на костре. Тон этого альбома спокойный, минорный, может где-то даже слишком монотонный, а где-то немного плаксивый. Иногда кажется, что он резанирует этаким буддийским спокойствием. Но теме многих треков показывают, что за все этим стоит травматической опыт. и все это философское глубокомысленное спокойствие может быть частью игры дереализованной психики.

Альбом: Gun
Исполнитель: The Gun
Год Выхода: 1968
Жанр: Hard Rock, Psychedelic Rock

Это просто довольно качественный ранний хард-рок. Мне тут понравилась крутая обложка с чубриками. А также меня зацепил трек «Race with the Devil», который был мне хорошо известен в версии от Judas Priest, но было занятно ознокимиться с оригинальной верией. Занятно, что этот трек сопровождается бутофорским дьявольским смехом. Хорошее продолжение к треку «Death by Fire» из прошлого альбома. Следующий трек в альбоме «The Sad Saga of the Boy and the Bee» — история про то как маленького мальчика укусила пчела. Испольняется как метал-эпик. Но это уже, наверное, cпецифический шотландский юмор, группа из Глазго. Вообще лирика тут довольно простая, или треки чисто инструментальные. Но к исполнению не предерешься. Мне вообще это группа напромнила такой прото Judas Priest.

Альбом: H. P. Lovecraft II
Исполнитель: H. P. Lovecraft
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock

А эту уже чистийшая психоделика. Одна из главных психоделических пластинок но не очень известаная. Возможно, для широкой публики она была слишком эксперементальной. Первый трек «Spin, Spin, Spin» — вокал тут совершено прекрасный, то ли соул, то ли опера, сплетается как буд-то бы старинная вышивка. Мистический бэк-вокал, спокойная мелодия и текст, отсылающий к языческому колесу году. Следующий «It's About Time» — звучит уже как настоящий соул, причем кажется про социалистическую революцию, но с большой психоделической интсрументальной вставкой по середине. Но следующие пару треков вообще не похожи на соул. Они мимикрируют под средневековую балладу или музыку для медитации. Трек «Mountains of Madness» — отсылает напрямую к соответствующему произведению Лавкрафта. Это еще одна попытка создать неспокойный страшный трек, похожий по настроение на вдозновивший его ужастик. Интересно, нужно ли среди электирческих звуков в конце трека слышать крики птицы «Теки-ли-ли»? «Nothing’s Boy» — самый загодочный эскперементальный трек на альбом. «Keeper Of The Keys» — Очень необычный фантазийный трек, который может тоже содержать в себе скрытые отсылки к Ловкрафту или к оккультизму. Может быть, я хочу слишком многого, но с такими потрясающим потенциалом, эта группа немного не дожала. Надо было что бы они записали полноценную госпелл-оперу, прословляющюю Йогг-сатота, и все это с элементами средневековой музыки и экспереметальной электроники

Альбом: Virgin Fugs
Исполнитель: The Fugs
Год Выхода: 1967
Жанр: Psychedelic Rock, Punk

Третий альбом группы «The Fugs» или «Уйобки», если по-русски. Обложка — это, кстати, фотожаба картины Блейка «Ангел Откровения». Но альбомы мы любим не за обложки, а за музыку. Что тут с музыкой? К каком-то профессиональном смысле ее нет. Такое впечатления, что просто друзья нажрались и под гитару орут песни, как они любят лизать пизду. Тем не менее кое-что получается занятно, а песня «CIA Man», вообще стала своего рода хитом у разного рода подпольщиков. Мне особо понравилсась тут песня «Hallucination Horrors»:

Benzedrine
Mescaline
Pot and LSD
I need an apomorphine
Hallucination horrors is what I got
Hallucination horrors is what I got

Strong caffeine
Heroin
A whole stash of hash
I need an apomorphine
Hallucination horrors is what I got
Hallucination horrors is what I got

Lift and steam
Methedrine
Chromo cells
I need an apomorphine
Hallucination horrors is what I got
Hallucination horrors is what I got

Groovy chicks
Under sixteen
Twelve inch dicks
I need an apomorphine
Hallucination horrors is what I got
Hallucination horrors is what I got

Empty rifles and
Juice car beans
Jelly jelly napalm
I need an apomorphine
Hallucination horrors is what I got
Hallucination horrors is what I got

Tootsie rolls
Jellie beans
Mounds almond bars
I need an apomorphine
Hallucination horrors is what I got
Hallucination horrors is what I got

Такое бы роскомцензур точно бы не пропустил.

Альбом: The Hangman's Beautiful Daughter
Исполнитель: The Incredible String Band
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Folk

Это самый писходелический психаделический фолк. Я видел этот альбом во всяких топах психоделического фолка. Но до этого не слушал. А как оказывается зря. Все песни тут хорошие, и отличаются особым сказочным исполнением. Мне особо запомнилась песня Минотавра:

Straight from the shoulder
I think like a soldier
I know what's right and what's wrong
He knows what's right and what's wrong.

I'm the original discriminating buffalo man
And I'll do what's wrong as long as I can
He'll do what's wrong as long as he can

I live in a labyrinth under the sea
Down in the dark as dark as can be
I like the dark as dark as can be
He likes the dark as dark as can be

I'll even attack you or eat you whole
Down in the dark my bone mills roll
Porridge for my porridge bowl
Porridge for his porridge bowl

I'm strong as the earth from which I'm born
He's strong as the earth from which he's born
I can't dream well because of my horns
He can't dream well because of his horns

Moo

I'm strong as the earth from which I'm born
He's strong as the earth from which he's born
I can't dream well because of my horns
He can't dream well because of his horns

A minotaur gets very sore
His features they are such a bore
His habits are predicta-bull
Aggressively relia-bull, bull, bull

I'm strong as the earth from which I'm born
He's strong as the earth from which he's born
I can't dream well because of my horns
He can't dream well because of his horns

I'm the original discriminating buffalo man
And I'll do what's wrong as long as I can
He'll do what's wrong as long as he can

Альбом: The Cheerful Insanity Of Giles, Giles And Fripp
Исполнитель: Giles, Giles And Fripp
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock, Folk Rock

Это первый альбом Фриппа, до того, как тот создал группу «King Crimson». Я знал о его существование, но почему-то никогда не воспринимал, как что-то что действительно можно послушать. А вот теперь послушал. Этот альбом очень сильно тяготеет к юмору, такому юмору в стиле Монти Пайтона. Каждая сторона пластинки — это своего рода юмористическая история с музыкальным сопровождения. Первая история про мальчика Родни, который был таким толстым и уродливым, что его травили дети, травили взрослые и он этого переполнился ресентимента и стал читать Рене Генона:

(Part One)

The saga of Rodney Toady. Rodney was a sad young man, because he was...fat and ugly, and no one liked...him. Children ran up to him in the street, and pointed, and shouted "Rodney is a sad young man because he is fat and ugly!" And then they ran away laughing. Rodney shouted "I will chase you, and, and hit you, and m-make you cry!" But as Rodney was so...fat, he could not run fast enough, and the frustration of his complete impotence made him even sadder.

(Part Two)

Older people pointed at him as he walked by, and whispered to each other, "Rodney is a sad young man because he's fat and ugly!" But they whispered loud enough so that Rodney could hear, and this made him even sadder. Rodney said "I can hear what you are whispering because I have extraordinary powers of hearing." And the older people would tell him that his hearing was as poor as his face was grotesque, and that they had whispered as...loud as they had on purpose.

(Part Three)

Beautiful girls used to go up to Rodney at dances and ask him to dance with them. And when Rodney, happy and pleased, stepped on to the dance floor, the girls would run away and leave Rodney dancing on his own, to make him look even more foolish than Nature had intended. [sigh] Rodney was a very sad young man.

(Part Four)

Rodney's father was fat and ugly, and Rodney's mother was even...fat and uglier. And his father used to tell him that one day Rodney would meet a fat and ugly girl, just like Rodney's mother, and they would get married. Rondey's mother told him that there were a lot of fat and ugly girls looking for fat and ugly men, just as she had done, before she'd married Rodney's father, who was a road-sweeper, and cleaned lavatories to earn more money.

(Part Five)

But Rodney did not want to meet...fat and ugly girls. And instead he bought rude books! (Tsk!) With rude pictures in them! (Tsk!) "Rodney, your tea's ready!"

Альбом: Come out fighting Ghengis Smith
Исполнитель: Roy Harper
Год Выхода: 1968
Жанр: Folk Rock, Progressive Folk

Это очень умный (в смысле smart) альбом Британского фолк-рока. Звук тут тоже с иголочки. Открывающий трек «Freak Streat» — это как-бы Дрейф по улицам Лондона. Очень подходит в качесвте саундирека к «Долгому Лондону». Эта тема продолжается в песни «Ageing Raver». Там поется: «The see-saw city of London - The jigsaw puzzle of light». Почти каждую песню, ее сложные мелодии можно долго разбирать. Трек «What you have» ?mdash; совершено невероятная лирика. Трек «Circles» на десять минут, в котором Рой Харпер рефлексирует о своих отношениях с отцом, и о своем детстве. Эта тема продолжается в треке «Come out Ghenghis SmithFighing ». Я думаю, что название этого трека можно интерпретировать так «Выйти из утробы, сражаясь с Ченгис-Смитом».

The social game we live in is based on possession
And if you think you own a body then you're playing
But if you think you own anything you must be mad
And if you think that you're owned - well you're raving
So come on now my friends let us kneel and pray
Let us stick all our hands tight together
For I want to tell you about your God
Who brings you your life's possessions and disaster
Now if he was inconceivable then how can he exist?
When that word has the same meaning as the word 'nothing'?
And he who thinks he knows what the word 'nothing' means
Has only his own excuse for an answer
And if he is conceivable he must be just like us
For he must have a conceivable being
And if he's got being he must have life
And if he's living he must also be dying

But he was the classroom at Aberfan
He was the teachers and the little children
And he was all the mud that covered them
He was the sky, the school, the whole damn mountain
But it makes me sick to have to sing you all this
When I know that when you were born you had it
Well society might buy its gods and power
But in its present state, well it's never gonna buy anything honest

Me and my friends, tell you what we're gonna do
It's really no secret now that we are telling you
We're collecting the Autumn leaves
Taking them home to the coal-fire scenes
And spending the snow-time painting them green
Ready for you all to see again in the Springtime

And if you think that either of us is right or wrong
Then there's only one thing we do have in common
We're both fighting for the very same breath
For very, very different reasons

Well the sky is blue and the day is long
And you ask me what there's left to believe in
Well, I say just hold what you feel in all your eyes
And give a big, broad smile to the world your passing
And if you think you're a 'Pop-star' you can come and laugh at me
And you can call me all the shades of half-wit sceptic
But if you're no nearer now to just being you
Then both of us might just as well forget it

In this song I've said "I" about ten times
On the record you could count many others
But I don't need wealth and I don't want fame
And I'll never need to count on my brothers
And if you still think that either of us is right or wrong
Then there's only one thing we do have in common
Well, we both happen to be fighting for the very same breath
What did you say were your reasons?

So me and my friends - tell you what we're gonna do
It's really no secret now that we are telling you
We're collecting the falling dreams
Taking them home to the coal-fire scenes
And spending the snow-time painting them green
Ready for you all to see again in the Springtime

Well Auntie Sally's coming back to life yesterday
And she's gonna ask me what the hell it is I'm singing
Well I tell you, it's an unimpressive song
Really, but it's fifty one ages long
But you know, well you know Jack
I guess I'm not the only one who's singing

Well, I'm sorry I've not written before now, Jack
You know... but that's it, man
There's something here anyway that I think you'll like-
Dig this lot:

Ghengis Smith was a silly old fool and a silly old fool was he
He mauled for his dough and he bawled for his god
And he called for his little cup of tea
"Ooh Mum", he said. "Does God go to bed?
Or is he a rich man too?"
She said, "In a minute, my son
I'll box your bloody ears for you"

"What do you mean
I'm a terrible queen?
I'll have you know your Dad
If he hadn't have died of 'athlete's brain'
Would have driven you twice as mad"

Old Ghengis Smith was not deterred
He bought himself a gun...

"I've got one eye on God", he said
"But that ain't nothing, man
It's the other mother
It's focussed on some good clean gun fun"

The gun fun escalated and the game just wasn't fun
As mother wept onto assorted pieces of her son
But never mind he left his child (we've got his son)
We'll bring him up the same
And he can die too, then like a man, yes in the very next blood-game

And so the game is played out on the sinking Wigan pier
With brass bands round the gravestones so that no one can quite hear
The prophets and the gentle people's feelings that are lost
Inside the ringing cauldron of the crashing holocaust

Farewell to you, Dear Ghengis Smith, I'd help you if I could
But there's nothing I could have told you that you'd have understood
And there's nothing I could have told you that would have done you any good
And "Hey there, is there much more room down there? All I can see is mud

Альбом: Silver Apples
Исполнитель: Silper Apples
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock, Experimental

Hеобычный рок с синтезаторами м невротичным вокалом. Звучит очень свежо для того времени.

Альбом: The Crazy World Of Arthur Brown
Исполнитель: The Crazy World Of Arthur Brown
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock, Experimental

C этого альбома начался блэк. По сути дела весь альбом это театрализованная притча о встрече с лордом пламени и лордом адского пламени. По идеи она должна быть об обретении высшего сознания. Но воспринимается это все скорее как страшилочка про продажу души Дьяволу. Но, The Crazy World of Arthure Brown — это всегда было шоу. Артур Браун выходил на сцену в корпспейнте и с пылающим шлемом на голове. Кажется, он до сих пор выступает с этим шоу.

Сюжет Романа разворачивается в 1949 году, очевидно, в Лондоне. Главный герой — 18 летний сирота, Денис Наклъярд, который живет и прислуживает в букинистическом магазине. Однажды его отправляет забрать груз книг Артура Мэхена. Владелец другого магазина отдает их почти за бесценок. Но внезапно в коробке обнаруживается книга «Прогулка по Лондону: Размышление на улицах метрополиса» преподобного Томаса Хэмпола. Да, эта та самая книга из рассказы Артура Мэхена «N». Оказывается, что владельцы книжных магазинов уже находили вымышленные книги из других художественных произведений, а все заканчивалось тем, что их обнаруживали вывернутыми на изнанку. Денису поручают вернуть проклятую книгу ее прошлому владельцу. Но он обнаруживает его в расчлененном состоянии. Оказывается, что за книгой еще охотится еврейский гангстер Джек Спот. Во время погони в Сохо Денис случайно проваливается в этот самый другой мир, который тут называют «Великим Тогда» или «Длинным лондоном». Там Дениса чуть не съел оживший мусор. Но его спасают положительные персонажи, жители другого Лондона. От них Денис узнает, что ему может помочь только старый маг Остин Осман Спэйр. Но вернувшись в наш мир Денис оказывается в совершенно неловком положении, потому что ему негде жить, и он валяется на земле с глазами, покрытым каким-то говном. В этом положении его подбирает малолетняя проститутка Грэйс Шиллинг, и разрешает вписаться у себя. Она оказывается очень начитанной, хорошо эрудированной девушкой. Пока Денис идет искать Спэйра, Грэйс отправляется на работу, где выдает пытается выдать Дениса за своего сутенера. Благодаря этому Джек Спот находит главных героев. Далее происходит еще ряд приключений с участием гангстеров и магических существ. Важно, что при этом друг Дениса, юрист Клайд Авари узнает местоположение одного из входов в Беулу. Клайд оказывается серийным убийцей и решает использовать магические тропы для того, чтобы терроризировать Лондан. Но Денис заманивает Клайда там в западню, и его съедает ожившая водопроводная труба. И так как Денис теперь стал автором нераскрываемого убийства Аркан Смерти дарит Денису черный ключ. Дальше Денис всю дорогу хранил этот ключ в тумбоче и не болел.

Мне очень понравилось как Алан Мур использует этот роман для популяризации своих культурных корней. В первую очередь это относится к Артуру Мэхену и Остину Осману Спайру. Он явно надеется на то, что читатели ими заинтересуется. Например, одно из глав полностью происходит на выставке картин Спейра. Алан Мур пытается показать Спэйра в интересном свете. С одной стороны он испытывает бытовые трудности, с другой стороны он действительно великий маг, способный начертить мелом дверь и пройти в другой Лондон. В качестве других магов с подобному способностями приводятся Алистер Кроули и Дион Форчун. Но на время действия романа уже умерли. Также из биографии Кроули в романе в качестве персонажа выведен Кенет Грант, один из неофициальных наследников Великого Зверя. Но на контрасте со Спэйром он показан полным профаном, хоть и хорошо устроившийся. В другой из сцен романа Дэнис встречается в ресторане с биографом и издателем Мэхена. И он рассказывает разные факты из его биографии. В какой то момент Денис читает рассказ «N». Другие персонажи тоже его знают и обсуждают этот рассказ с ним. Это все не случайно, потому что как утверждает Мур Артур Мэхен тоже ходил в другой Лондон, и активно писал об этом в своих произведениях. И ведь он был членом магического ордена ЗЗ. Также туда в свое время ходили Уильям Блейк, Джонатана Свифт и Баньян. Поэтому, видите те о ком я пишу в этом блоге, это все не случайные лица. Это все делается для того, чтобы открыть путь в тайный мир.

Думаю нужно подробней описать что это за «длинный Лондон». Как я уже писал выше, он очень похож одновременно на Беулу и Эдем у Блейка. Как в романе объясняет Спэйр, Другой Лондон гипер-реален, и он представляет своего рода идеальный в платоновском смысле первообраз Лондона. Все что происходит в нашем мире является тенью или отражением того идеального гипер-реального мира. Поэтому его жители обладают знанием о событиях и будущего в нашем отраженном мире. Махен zrj,s называл этот мир «Теорией Лондона». С Другой стороны Спэйр считает, что вид предметов и мест в том мире является отражением фантазий и домыслов об этом жителей нашего мира. Поэтому встает вопрос, кто является чьим отражением? Возможно за этим стоит какое-то глубокое противопоставление идей Спэйра и Мэхена. Решением этого парадокса скорее всего является перихорисис (кстати, я понял, что это такое). Но я не уверен. Может быть Мур сам запутался в своем ворлд-билдинге. В этом мире есть особые божественные сущности, типа архетипов. Их называют Арканами. В это романе мы видели аркан преступлений, аркан смерти, аркан бунтов и аркан ниггерства. Еще в этом городе есть Очаровашка Пит, который выглядит как лысый антропоморфный кот, и он кто-то типа палача или ассасина, которой карает тех кто нарушает «Маскарад», Еще там есть загончик с пластичным «Фредди Крюггерами», которых тут называют Папами Лезвийю. Когда они убегают из загончика, то в нашем мире происходят серийные убийства. Также там живут самые разные магические существа. Некоторая даже эмигрируют в наш мир и открывают там гей-клубы. Способность входить в этот мир зависит от силы воображения индивида. Очень важно, что гангстер без воображения Джек Спот войти во дверь не может, в то время как Клайв Авери, маньяк с воображением, вполне может. Это в целом отраженно в «философии» Блейка, которого Мур относил к традиции писателей апеллирующих к фантазии и воображению вместе с Махеном и, видимо, собой. Думаю, что «Великое тогда» это метафора коллективного творческого плода этой традиции.

Теперь давайте я расскажу, что я понял перихорисис. Понятно, что это понятие из христианского богословия, и так как оно было изначально сформулировано делает его осмысленным только в рамках тринитраристской философии и аристотелевской логики: «Христос вселяется в сердца наши (Еф. 3:17), относится не к видимому, но к умосозерцаемому в Боге, потому что соединяются как естества, так и наименования, и переходят (др.-греч. περιχωρουσῶν) одно в другое по закону теснейшего соединения“». Но очень грубо говоря там оно означает, что Отец, Сын, Святой Дух постоянно сменяют друг-друга не сливаясь и не проникая друг-в-друга или наоборот проникают друг-в-друга, не переходя. Но тут главное заметить, что у нас, современных людей есть, инструмент для метафорического выражения идеи перихорисиса не доступный древним теологам, а именно кинопленка, и меня не очень волнует тут именно историческая теология. Поэтому я сфокусируюсь на кинопленке. Представим себе, что кто-то нарезал кинопленки и вставил поочередно кадры из трех разных фильмов: Отец машет ручкой, Сын машет ручкой, Святой Дух машит ручкой. Новый фильм получает название «Бог». Верующий смотрит «Бога». Он видит три оригинальных видеоряда одновременно, но он не сливаются в одну фигуру, потому что это три разных видеоряда, которые появляются в его восприятие одновременно. Вот пример такой техники монтажа. «Движение по кругу» может быть и движением пленки на катушке. Считается, что Мэхен в рассказе «N» применял этот принцип не к Богу, а к миру в целом. То есть, он считал, что другие миры существует здесь и сейчас, одновременно с нами, но как-бы на других частотах (частая идея в научной фантастике). Не уверен соответствует ли метафора с видео идеям Мэхена. Но я уверен, что она хорошо соответствует идеям Алана Мура тут. Потому что он часто описывает «Великое Тогда» и арканы как постоянно меняющееся, пластичные в восприятие главного героя. Это может быть похоже на более изощренную технику монтажа. И я думаю, что это то, что есть перихорисис для Мура. Интересно, что по этому поводу сказал бы Уильям Берроуз.

Что мне не понравилось в этом романе так это последняя глава. Н то что прям очень не понравилась, но на общем фоне я был разачарован. Кажется, что тут литературно-художественная тема романа (которая мне очень понравилась) сильно смещается в сторону детектива. И как у детектива финал тут довольно предсказуемый и по-своему очень Голливудский. А главное в конце прошлой главы Мур очень удачно навел Макабра. Но многие страшные чеховские ружья типа Пап Лезвий или Очаровашки Пита в итоге не выстрелили. Возможно Мур оставил их про запас для продолжений. Но боюсь, что это может быть просто деменция. В остальном впечатления у меня положительные.

Альбом: God Bless Tiny Tim
Исполнитель: Tiny Tim
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Pop

Не зная можно ли отнести Крошку Тима к категории «Outsiders Arts». C одной стороны фальцет в мире большого вокала это большое «Но-Но». И еще в этом альбоме могут раздражать всякие вставленные между песнями шутки. Но тут есть и красиво исполненные вещи. И я бы не сказал, что нет никаких записанных профи треков с фальцетом, и что в 60-е жанр водевиля был полностью. И кроме водевиля типа знаменитого «Tip-Toe Thru' The Tulips With Me», тут есть и вполне по современные по психоделично, по современному для 60-х, звучащие вещи типа «The Other Side» (кроме концовки). Поэтому я бы не сказал, что Крошка Тим был полным аутсайдером и совсем не разбирался в музыки. На пике популярности, который относится как0раз к этому времени он нередко появлялся на телевидении. Поэтому полноценным аутсайдером (таким как я, например), я его назвать не могу.

Я сам узнал о крошке Тиме благодаря его более поздней дружбе с Бойдом Райсом и Давидом Тибетом. После этого никогда не пробовал его прослушать. Может слышал его только как фрагмент телефонного разговора. Сейчас я прослушал этот альбом в рамках этой серии. Не могу сказать, что он мне очень понравился. Под него сложно сосредоточиться и словить «cостояние потока». Но он хотя бы довольно уникален, а не просто тиражирование звука эпохи.

Альбом: Together
Исполнитель: Country Joe and the Fish
Год Выхода: 1968
Жанр: Psychedelic Rock

Red and swollen tears
Tumble from her eyes
While cold silver birds
Who came to cruise the skies
Send death down to bend
And twist her tiny hands
And then proceed to TARGET B
In keeping with their plan
Khaki priests of Christendom
Interpreters of love
Ride a stolen Leviathan
Across a sea of blood
And pound their feet into the sand
Of shores they've never seen
Delegates from the western land
To join the death machine
And we send cards and letters

The oxen lie beside the road
Their bodies baked in mud
And fat flies chew out their eyes
Then bathe themselves in blood
And super heroes fill the skies
Tally sheets in hand
Yes, keeping score in times of war
Takes a superman
The junk crawls past hidden death
Its cargo shakes inside
And soldier children hold their breath
And kill them as they hide
And those who took so long to learn
The subtle ways of death
Lie and bleed in paddy mud
With questions on their breath
And we send prayers and praises

Альбом: Transformer
Исполнитель: David Stoughton
Год Выхода: 1969
Жанр: Experimental pop, musique concrète

Linear logic leads to linear thought!
Random lщgic leads to random thought!

А потом раскрывается с гениальной лирикой

Horacio, I am so bored!
I could throw myself out of a window!
But, Julia, If you are so bored,
why not to throw a glass out of a window!

Этот трек, наверное самый экспериментальный на этом альбоме. Остальные треки вроде как про погоду. Но это не правда. Если их послушать, то там есть философское содержание. Но иногда лирика кажется странной, актичной или шизоидной. Сами песни очень красивые с нечетным размером.

Про создателя этого альбома почти ничего не известно. Одни говорят, что он был студентом-математиком в Гарварде. Это объясняет шизоидность и аутичность. Но возможно, он был просто путешественником во времени.

Leonard Cohen
Songs of Leonard Cohen
жанр: Фолк нуар
год: 1967

Удивительно, но только сейчас я заметил, что этот альбом должен был значительно повлиять на готическую группу «The Sister of Mercy». Тут собственно есть такой трек «Sisters of Mercy», а в другом треке «Teachers» поется «Some Girls wander by mistake». И действительно, если сеттинг этого альбома не готичен, то он как минимум меланхоличен. И этот сеттинг — это все больничные палаты и лазареты.

Все песни тут отличные или около того. И как положено для фолка тут важнна лирика, поэтому будем ее разбирать: Suzanne — это конечно шлягер шлягером. Это как бы и романтическая песня, и про религиозное «Иисус тоже был мотросом, когда ходил по водам, И он долго смотрел из своей одинокой деревянной башни, пок он не был уверен, только те, кто тонут, могут его видет. И тогда сказал он: "Пусть все люди будут матроссами, пока море не освободит их"». Но он сам уже был сломан, задолго до того как небеса резверзлист, покинутый, почти человек. Он утанул в твоей мудрости как камень.»
Masters song — Это уже более мрачная песня. Одна из более интересных на этом альбоме. Официально считается, что это песня про секс,оргазмы и сору любовников. Но давайте разберем ее строка за строкой:

Я думаю, ты слышал как твой хозяин поет,
— пока не понятно, что это значит, но звучит очень интригующе
Но я лежал больной,
— опять пошла тема больничных палат и лазаретов
Я думаю, он тебе все рассказал,
Что я держал закрытым у себя в голове.
— Опять звучит интригуеще.
Твой хозяин брал тебя путешествовавть,
Ну так ты сама сказалa,
А теперь ты вернулась,
чтобы принести своему узнику хлеб и вино
— смешивается религиозное и тюремное, хлеб и вино нужны для причастия. Кажется, что лирический герой сам узник. Или кто тогда узник?

Ты встретила его в каком-то храме
— Хозяин может быть масонским градусом «мастер» а слово «храм» может быть указанием на масонскую или оккульную ложу
Где с тебя снимают одежду при входе
— Это может быть указание на конретную ложу нудистов, где практикуют дикую сексуальную магию
Он был бесчисленным мужчиной на стул,
Что недавно вернулся с войны,
— Это похоже на аллюзию на Рона Хаббарда. Что значит бесчисленный мужчина, я не знаю.
И ты обернула его усталое лицо в твои волосы,
И он дал тебе сердцевину яблока,
А потом он трогал твои губы, которые так внезапно чисты,
От всех наших недавних поцелуев
— то есть это все таки про секс.

И он дал тебе немецкую овчарку, чтобы ее водить
В ошейнике из кожи и гвоздей
— теперь это похоже на Церковь Процесс.
И он никогда не требовал говорить или объясняться,
Обо всех незначительных нюансах,
У кого было слово, и у кого был камень,
И с кем велась переписка,
Теперь твоя любовь — секрет всего района,
И она не кончается, даже когда твой хозяин не может.
— Непонятно, что секртет, а что нет. В последней строчке может иметься в виду импотенция. «У кого было слово, и у кого был камень,» — а это наверное отссылка к БДСМ-практам типа «cтоп-слоао», а камнем в старину называли анальную пробку.

И он взял тебя в свой аэроплна,
Который он пилотировал без рук,
И вы пролетали над лентами дождя,
Прогонявшими толпы со смотровых площядок.
— ясно, что тут речь идет о магии. Потом он убил свет в одинокой алее,
И человекоподобная обезьяна с гландами ангела
Стерла последнии клочья боли
Музыкой резинок
— поется о темной магии, возможно, инвокации демонов. Музыка резинок может быть музыкой презервативов. Но топологию раньше неформально называли «geometry of rubber bands». Поэтому тут может упоминаться тайная топологическая музыка. То есть призвание в себя демона с помощью тайной топологической музыки.

И теперь я слышу, твой хозяин поет,
Ты встаешь на колени, чтбы он пришел (кончил),
— cчитается, что это аллюзия на оральный секс. Его тело — золотая цепь,
С которой свисает твое тело.
Его тело — золотая цепь,
А мое тело онемело
— описание серьезной сексуальной магии. О, теперь ты слышишь как твой хозяин поет,
Твоя рубашка растегивается.
— это определенно про секс.

И ты встанешь на колени
Перед той кроватью, что мы полировали давно
— это про секс. Пока твой хозяин не решил
Сделать моей кроватью сугроб?
— речь о каком-то заговоре. Твои глаза дики и красны кулаки
И ты говоришь слишком низко
— описание серьезной сексуальной магии. Нет, я не могу разобрать, что сказал твой хозяин,
Прежде чем он заставил тебя уйти.

И ты встанешь на колени
Перед той кроватью, что мы полировали давно
— это про секс. Пока твой хозяин не решил
Сделать моей кроватью сугроб?
— речь о каком-то заговоре. Твои глаза дики и красны кулаки
И ты говоришь слишком низко
— описание серьезной сексуальной магии.
Нет, я не могу разобрать, что сказал твой хозяин,
Прежде чем он заставил тебя уйти.

И мы играем слишком жестко,
Для леди, что были на луне
— путешествие на Луну — важный оккультный ритуал. Я слишком долго лежал у этого окна,
Чтобы привыкнуть у пустой комнате,
И твоя любовь — это пыль на манжетах старика,
Который стучит ногой в такт мелодии
И твои бедра — руины, ты хочешь слишком много
— да руины от частого анального секса.
Предположим, ты бы пришла раньше

Я любил твоего хозяина абсолюто,
И я научил его всему, что он знал
— все оказывается не так просто!
Он изголодался по глубокой тайне
Как человек, который был уверен в своей истине.
— Мы видим эпистемологическую сторону конфликта
И я послал ему тебя с гарантией,
Что я научу ему чему-то новому
И я научил его, что ты будешь скучать по мне,
Чтобы он не говорил, чтобы ты не делала.
— То есть лирический герой сам все организовал, потому что он был хозяином хозяина.

Я любил твоего хозяина абсолюто,
И я научил его всему, что он знал
— все оказывается не так просто!
Он изголодался по глубокой тайне
Как человек, который был уверен в своей истине.
— Мы видим эпистемологическую сторону конфликта
И я послал ему тебя с гарантией,
Что я научу ему чему-то новому
И я научил его, что ты будешь скучать по мне,
Чтобы он не говорил, чтобы ты не делала.
— То есть лирический герой сам все организовал, потому что он был хозяином хозяина.

....

Winter Lady — еще одна мелонхоличная песня про ветренную девушку
The Stranger Song — еще одна меланхоличная печня про мужчину, который бросает женщину с наебышем, или нет?
Sisters of Mercy — cпокойная песня про больничную палату, возможно, продалжает предыдущую по смыслу
So Long, Marianne — еще одна меланхоличная песня, но эта не очень печальная и кажется более попсовая.
Hey, That's No Way to Say Goodbye — Это еще одна более простая мелонхоличная песня.
Stories of the Street — а это уже более драматичная песня. Звук гитары ближе к Фламенко. Скорее всего она о кубинской Революции:

Истории улицы мои, Испанские голоса смеются
Кадилаки ползут сквозь ночь и ядовитый газ
И я сижу на подоконнике в этом старом отеле, который я выбрал
Да, одна рука на моем суициде, другая на розе

Я знаю, ты слышал, что все кончено, война неминуемо гредет,
Города надломлены пополам, и все посередники ушли
— Леонард Коэн использует слова «middle men», которые можно прочитать и как «посредники?raquo;, и как «средние люди, середняки».
Ну позволь спросить тебя еще раз, о, сумерек дитя,
— Лирический герой разговаривает с демоном или с прституткой.
Все те охотники, кто визжат сейчас, о, они это о нас?

Куда ведут эти шоссе, когда мы теперь свободны?
Почему армии что шли ко мне домой марщируют на месте?
О, леди с такими изяшными ногами, о, незнакомец на колесе,
Ты замнкнут в своих страданиях и удовольствие твоя печать.

Эпоха страсти родила, и оба родителя просят Медсестру им сказку рассказать на обоих сторонах стекла — Опять медицинская тема
И теперь рабенка как змей воздушный волочат за трос Один его глаз весь в чертежах, другой заполняет ночь.

Пощли со мной, мой маленький, мы найдем ту ферму, И вырастим нам травы и яблок там и будем держать всех животных в тепле, И если вдруг я проснусь в ночи, и спрошу тебя, кто я, То ты меня на бойню отведи, я с агнецом там подожду

С одной рукой на гексограмме, с другой на девушке, — видите, это про оккультизм!
Я балансирую над колодцем желаний, который все люди зовут миром, Мы так малы для звезд, так велики для небес, И среди толп в Метро, я попробую поймать твой взгляд.

***

Teachers — еще одна песня в духе Фламенко. Тут простая лирика с элементами абсурда, превращающее все в какое-то горячечное видение. Наверное это моя любимая песня в альбоме: Я встретил женщину давно
Волосы чернее черного ее
Учитель сердца ль ты?
Мягко она ответила, что нет.

Я встретил заморскую красу
Волосы златее золота ее
Учитель сердца ль ты?
Да, но не твоего.

Я встретил того, кто разум потерял,
И где — забыл, а мне искать,
«Давай за мной» — cказал мудрец,
но он последовал за мной.
— оригинальная игра в нарушения логики.

И так в больницу я пришел,
где никто не болен, да никто и не здоров,
Когда ушел ночью медпероснал,
— В оригинале речь именно о медсестрах, что перекликается с другими песнями на этом альбоме. Опять больничная тема.
Не смог я сам стоять.
— Я понял это так, что это отссылка к тому, что лирический герой был младенцем в этом эпизоде. И я думаю что эта больница это роддом. А прошлые куплеты описывают опыт сушествования до рождения.

Настало утро а затем полдень,
Время обеда, и скалпель
Лежал рядом с серебрянной ложкой.

Некоторые девушки забредают ненароком
В беду, что делает скалпель.
Учитель сердца ль ты?
Мы учитым разбиваться старые сердца!
— Вот это то самое «Some girls wander by mistake». Cчитается, что эти строки про аборт. Но я думаю, что с точки зрения современного развития медецины — это может быть и не аборт, а плстическая хирургия, или просто кесарево сечение. Это может быть и отсылка к «потеряному раю» Мильтона. Потому что когда Мильтон описывает встречу Еву со змеем он тоже использует глагол «wander».

Однажды я один проснулся
Не больницы, не сестер.
Достаточно ли резали меня, Господь?
Дитя — ты кость!
— Я так понимаю, имеется в виду, что резали скалпелем. «Резанье» — это метафора совершенстования. «Дитя — ты кость!» означает, что человек — это потенциал для совершенствования. Но мне эта строчка звучала как «Child, you are born!», то есть «дитя ты рождено».

Я ел, и ел, и ел
Нет, тарелки я не пропускал, ну
— типичное поведение для младенца. Скольк стоят обеды си?
Заплатим ненавистью мы!
— подросток чувствует ресантимент по отношению к своему окружению.

Я ненавистью везде платил
на всех работах лицам всем.
Кто-то дал мне желание,
И я пожалал объятия.
— подросток начинает интересоваться сексом.

Несколько девушек обняли, тогда
Мужчины приняли меня.
— эти строки звучат очень гомо-эротично для меня.
Моя страсть превосходна?
Нет, тогда нужно повторить.

Я был красив, я был силен,
Я знал слова всех песен.
Тебе нравится мое пение?
Нет, слова что ты поешь не те.

К кому я обрашаюсь?
Кто запишет мою исповедь?
Вы учители сердца моего?
Мы учим старые сердца отдыхать.

О, учителя, выучины ль мои уроки?
Я не мог начать еше один
Они смеялись и смеялись и сказали, ну, дить
Выучил ли ты свои уроки?
Выучил ли ты свои уроки?
Выучил ли ты свои уроки?
— Мне кажется эта песня про то как душа реинкарнирует на земле и ищет некое кармическое искупление, но не находит.

***

One of Us Cannot Be Wrong — еще одна плаксивая песня про сору любовников. Правда эта с мроничным юмором

The Chocolate Watchband
The Inner Mystique<
жанр: психоделический рок
год: 1968

Это просто очень магический психодел. Начало альбома просто протрасающее. В конце есть немного раздражающие песни правда. У этой группы есть еще первый альбом, который я не слушал. Нужно не забыть послушать. Трэки

Voyage Of The Trieste — Альбом открывается совершено магической инструментальной секцией с духовым инструментом (может быть это саксафон или скорее прокаченная флейта)
In The Past — волшебная инструментальная секция как-бы продолжается, но теперь преобретает нобычную ритмическую фому похожую на бег кролика с прыжком. К ней добавляется никого не оскорбляющий вокал. Но лирику тут довольно незатейливая.
Inner Mystique — Главный трек альбома. Это задумчивая инструментальной мелодия сто странными звуками на фоне, типа эмбианта.
I'm Not Like Everybody Else — качевый трек, где рефреном повторяется «Я не хочу быть таким как все!» Он одновремено и контрастирует с прошлым треком. И благодаря нему максималистское послание получает како-то основание и перестает звучать совсем глуппым и подростковым. Ковер песни группы »Kinks».
Medication — милая романтическая песенка c захватываюшей разум мелодией.
Let's Go, Let's Go, Let's Go — Вот это та самая раздражающая песня. Рок-н-ролл с идиотским «cмешным» вокалом
Baby Blue — Трек открывается волшебной мелодией на духовых, которая потом возвращается рефреном во всем треке. Вокал и лирика сладкие, но не притарные. Кажется, это может быть такой закос под Дилана. Потому что это ковер на Боба Дилана.
I Ain't No Miracle Worker — норм рочок. Прикольный проигрыщь на гитаре.

Vanila Fudge
Renissance
жанр: Прогрессивный рок
год: 1968

Я добавил этот альбом из-за одного трека. Но остальные треки тут тоже отличные. Vanila Fudge — группа, которая прославилась тем, что делала прогрессивные ремейки популярных песен. Но в этом альбоме есть и оригинальные песни. Тем не менее я его отобрал имеено из-за ремейка Песни Донована «Season of the Witch». Тут эта песня стала по настоящему стращной. И это за долго (1 год) до Black Sabbath. Трэки:

The Sky Cried - When I Was A Boy — Трек с длинным инструментальным разгоном, тяжелой и быстрой рычащей гитарой, и эмоциональным вокалом с катарсическими брейк даунами cо звуками дождя, которые происходят каждый раз, когда вокалист произносит «and the sky cried ». В конце начинается, совсем другой пафосный вокал, который поет « When I Was A little boy, I cried for you!». И песня заканчивается практически плачем всех инструментов.</b> Thoughts — cложный драматичный прогрессивный трек с двумя вокальными партиями, как-бы ведущими ментальный диалог, и ангельским хором на фоне.
Paradise — трек открывается зловещим таинственным вступлением на электрооргане. Потом это всттупление постепенно переходит в распевающийся хор ангелов. После чего трек взрывается в нечто прогрессивное. А копелло брейкдаун. Более спокойный, благородный рок. Хоровое пение ангелов. Снова взрыв прогрессивного рока.
That's What Makes A Man — Трек начинается как более агрессивный маршевый прог, но это обман. Начинается пенье фальцетом. С этим, женственным вокалом, который пытается быть полностью гендерно нейтральным борется другой, мужественный, который поет, что нужно быть мужчиной. Эта борьба делает этот трек более джазовым.
. The Spell That Comes After — Этот трек открывается мимнималистичной партией и пением без слов. Потом звучит бласт бит. И начинается рок. И начинает звучать рок с драматичным вокалом, который поет балладу о заклятии. Часть этого трека звучит почти как соул. Это ковер на трек Эзры Мохавка
Faceless People — После тревожного вступления мы слышим очень инетересное соло на гитаре. Потом появляется грусный вокал, который жалуется, что его заебали безликие люди, которых он не может понять. Но они сидят в его комнатие и постоянно ходят за ним.
Season Of The Witch — Тот самый эпичный ковер на песню Донована. Действительно попытка записать страшный трек с причитаниями «help me» и «oh, no!», брейкдаунами с вставками из фильмов ужасов. Целых 9 минут таких причетаний под медленную напряженную музыку.
.

Ultimate Spinache
Behold & See
жанр: психоделический рок
год: 1968

Это прям очень хороший психоделический рок. Там тоже есть первый альбом. Надо не забыть его послушать дальше. В отличие от группы Chocolate Watchband, которая создавала необычный звук за счет того, что у нее была флейта на сцене, Ultimate Spinach cоздавал действительно сложные и интересные треки. Многие в этом альбоме по продолжительности подходят к 10 минутам. Вот эти трэки:

Gilded Lamp Of The Cosmos — Открывающий трек. Типичный психоделический трек. Присутсствует мужской вокал и женский вокал в стиле Джеферсонн Эирплэйн. Мужской вокал поет олну и ту же фразу: «Behold and See». Это прям как иди и смотри.
Visions Of Your Reality — этот трек открывается более меланхолично. И таким и остается c красивой поэтичной романтичной лирикой.
Jazz Thing — Подвижная «cool-джазовая» городская мелодия и кажется, что это лирика о ветрянной девушке, которой сдуло ветром мозг. Но потом оказывается, что это эпик о духовном восхождении и посике просветления.
Mind Flowers — Это просто архитепический психоделический эпик. Начинается со спокойной музыки. И голос вокалиста тянет «Mind Flowers» почти как будийские монахи тянут «Оооммм», и приглашает слушателя в ментальное путешествие. Но потом словно гром ударяет дистортнутая гитара и слышен крик о жертвопринощении. Начинается длинный инструментальный проигрыш, оставляющий слушателя на едине с его мыслями. Потом слушатель слышит инструкции для глубинной медитации. Он очищен. Конец трека повторяет его начало.
Where You're At — Более быстрый расторможенный трек с женским вокалом в стиле Джеферсон Аирплэйнс. Трек про осуждение какого-то Нарцисса или «Психопата».
Suite: Genesis Of Beauty (In Four Parts) Очень красивый «прогрессивный» трек, состояший из разных фрагментов. Есть даже фрагмент из по сути симуляции органной музыки! —
Fifth Horseman Of The Apocalypse — Интересно структурированное инструментальное произведение с ускоряющимся и замедляющимся темпом. Пятая шестая часть почему-то превращается в баррочную гармонию.
Fragmentary March Of Green — Юмористический абсурдистский в стиле Алисы в Стране Чудес. И все это под какой-то баррочный вальс. Тут можно привести всю лирику, такая она смешная:

Я в банке печенья
Играю на галечном рогу,
И жду конный трамвай.

У меня очень хорошая работа,
Я считаю всех летчих рыб,
И заставляю их платить за развлечения,
И отправляю их детей в школу.

Ты должен хорошо себя вести,
Ты должен преуспеть,
Ты должен хорошо себя вести,
Ты должен преуспеть,
Ты должен хорошо себя вести,
Ты должен преуспеть,
Потому что!
Потому что!

У него мазоль в мозгу,
От думанья как развеститьс с женой,
И отослать детей в лагерь.
Он должен пить много молока,
И принимать таблеток фунт .
Он хотел бы посмотреть эту ночь,
Но возможно его эго сошло с ума.

ррр Ты должен хорошо себя вести,
Ты должен преуспеть,
Ты должен хорошо себя вести,
Ты должен преуспеть,
Ты должен хорошо себя вести,
Ты должен преуспеть,
Потому что!
Потому что!

Ты новый императорский наряд,
И никто не знает, что ты полон дыр,
И он тоже, так как тебя оставил,
Нам лучше сдать его в бюро находок.

ррр Мне все равно, меня не поймают!
Мне все равно, меня не поймают!
Мне все равно, меня не поймают!
Позвольте мне быть!
Позвольте мне быть!

Я не играю с воздушными шарами,
Потому что они все время лопаются,
И жвачка застревает в волосах.

Его жена вешает его всегда,
И говорит своим друзьям по бриджу как он слаб,
Его дети все время бьют его по голени,
Это награда за то, что резал глотки,
Так он добился успеха,
И получил собственный рабочий стол.
Так он добился успеха,
И получил собственный рабочий стол.
Так он добился успеха,
И получил собственный рабочий стол.
Он был....
Он был...

Безумие!
Реальность!
Безумие!
Реальность!
Безумие!
Реальность!
Восклицания о безумии и реальности — отличное завершение для этого альбома.

The Soft Machine
Soft Machine
жанр: Джаз-рок
год: 1968

Это тоже альбом, который я раньше уже слушал. Но только теперь я оценил насколько он был иновационным для своего времени. Ни на что не похож из того времени.

Группа и альбом очевидно связаны с Берроузом. Про нее рассказывают такую байку. Однажды дэвид Алэн пришел к гости к Берроузу. А тот говорит ему, выбирай, либо я прямо сейчас тебя выебу, либо ты создашь крутую рок-группу. И тогда Дэвид Аллен создал группу Soft Machine.

MC5
Kick out the jams
жанр: Психоделический рок, панк
год: 1968

Очень необычная групп. В каких-то моментах психоделическая, а в каких-то моментах очень шумная, грязная и политически заряженная. По сути дела — это панк. Это концертник. И как я понял MC5 можно слушать в основном концертами.

Отметли ради трека «Starship». Звучит как что-то от группы Hawkwind. Но был записан заметно раньше.