| [Tags | | | alchemy, aristotle, book, hudlit, memuar, milton, nazi, philosophy, queer, religion, review, sci fi, thomas disch, wittgenstein | ] |
| [ | Current Mood |
| | nervous | ] |
| [ | Current Music |
| | The Byrds - Dr. Byrds And Mr. Hyde | ] |

Лагерь «Концентрация»
Томас Диш
1968
Еще один фантастический роман от Томаса Диша. На этот раз про алхимию. Название на руссуий перводят как «Контрацлагерь», что я не считаю очень удачным, потому что не очень хорошо передает содержание романа, даже если передает его дух. В романе романе речь идет не про концлагерь как таковой, а скорее про то что в советском союзе назвали «Шарагой», где научные исследования ведут заключенные. Только тут они занимаются алхимией. Хотя главный герой и имеет склонность думать про концлагеря. Я бы перевел его название как «Лагерь ”Концентрация“» или как «Лагерь ”Архимед“» (как поступили итальянскии товарищи).
Роман интересен не столько своим содержанием, сколько своей формой. Он представляет собой дневник филолога и поэта Луиса Сачетти. Я думаю, что причинной такой формы является то, что этот роман — злая пародия на вышедший парой годов ранее «Цветы для Алджернона» Дэниэла Киза. Но если в шедевре Киза мы начинаем с умственно-отсталого индивида, который внезапно получает усиленный интеллект. То тут мы начинаем с интеллектуала, который сыпет отсылками к Жану Жене и святому Фоме Аквинскому и свободно вставляет в свою речь французские и латинские выражения, и получаем то, что получаем. Этот роман в определенном смысле перерабатывает замысел «Щенков Терры», которые использует родственную форму мемуаров и содержит пару похожих сцен и персонажей. Поэтому этот роман я бы тоже классифицировал бы как черную комедию. Но тут на мой взгляд сюжет мрачнея и серьезней, поэтому я бы поставил бы его на ступень выше. На супень выше в смысле того что он ближе к интеллектуальной пост-модернистской литературе с которой, я в первую очередь знаком через Берроуза и Сорокина. Тему фетишей этот роман тоже продолжает, я бы назвал его центральным фетишом «bug chasing».
cпойлеры
Сюжет романа довольно прост. В ником месте лишения свободы заключенным давали препарат, который делал их очень умными, но в тоже время смертельно и неизлечимо больными. Администрация лагеря заставляла этих людей, назовем их «аплифтами», работать над секретом бессмертия для cебя, который мог бы также вылечить их болезнь. Проект вроде как провалился и все аплифты умерли. Но потом оказалось, что вместо машины бессмертия аплифты создали машину переноса разума, и перенесли свои разумы в тела начальства, и таким образов всех обманули. Очень простой синопсис. Но в этом романе главное не сюжет, а его барочное оформление. Давайте обратим внимание на эти прекрасные барочные детали.
Все начинается с того, что филолог и поэт Луис Сачетти похожий на молодого Дмитрия Быкова сидит в тюрьме за уклонение от мобилизации на СВО во Вьетнами. От других заключенных кроме высокого интеллектуального уровня отличает то, что он каждый день ведет дневник. Без предупреждения его похищают из тюрьмы, и он обнаруживает себя не секретном объекте. «Лагерь ”Архимед“». Администратор «Архимеда» отставной генерал Хамфри Хааст говорит Сачетти, делайте что угодно только введите дневник конкретно и подробно. Тот самый дневник, который мы как читатели читаем как роман. И вам для этого специальная пишущая машинка с которой автоматически снимается три копии и отправляется мне и еще кому надо. Этот момент мне показался очень интересным. Потому что дневник Сачетти по сути дела становится чем-то публичным типа Блога в живом журнале. И это в каком-то смысле роман про блоггинг за долго до появления блогов. И Скачетти в процессе движения по раману пробует разные стили блога, почти все из которых знакомы вам по этому ресурсу. Даже есть одна запись похожая на Вениамина. Поэтому мне этот роман так понравился. При этом у Диша блоггинг это сразу средство слежки и даже разведки для авторитарной системы. И в этом плане он отлично предсказал будущее. Также в его будущем люди перестали пожимать друг-другу руки из-за боязни заразиться вирусами. Тоже отлично предсказал часть нашей реальности.
Но вернемся к «Архимеду». Это заведение я не могу не как по другому описать кроме как элитный дисциплинарный санаторий в глубине Скалистых Гор. Тут у заключенных условия как в пятизвездочном отеле, их отлично кормят и у них в распоряжение шикарная библиотека. Кроме администрации, охраны и обслуживающего персонала лагерь населен лагерь населен солдатами-штрафниками, которым искусственно подняли интеллект с помощью препарата «паладин», то есть аплифтов. Загвоздка в том, что «паладин» — это мутировавщий под воздействием радиации вирус сифилиса спирахета, который еще в добавок стал невосприимчив к пенициллину, и он должен убивать своих носителей за время меньшее чем год. Сачетти знакомится с деревенским парнем Джо Вагнером, ставшим поэтом, а также с лидером аплифтов Мордехаем Вашингтоном, бывшим одноклассником Сачетти. Мордехай Вашингтон описывается как нескладный негр из неблагополучной семьи. Джо Вагнер ставит с другими аплифтами постановку Фауста, в финале которой умирает. Постепенно Скачетти выясняет, что все аплифты в значительной степени увлечены алхимией. И что интересно Хааст это поощряет, потому что серьезно надеется, что аплифты могут добыть для него философский камень, и таким образом создать эликсир вечной молодости. Поэтому, например камеры аплифтов оборудованы как лаборатории исторических алхимиков и заполнены репродукциями алхимических гримуаров. Это чтобы вы прочувствовали атмосферу романа. Вот как процесс своего делания описывает Мордехай:“Философское яйцо – большой горшок, который вы видели в атаноре – содержит электуарий, растворенный в воде, которая в течение последних девяноста четырёх дней попеременно подвергалась воздействию жара теллурических огней днём и света звезды Сириус ночью. Строго говоря, золото – это не металл, а свет. Сириус всегда считался особенно эффективным в подобных операциях, но в прошлые века было трудно уловить сирианский свет в чистом виде, поскольку свет соседних звёзд мог его искажать, ослабляя его особые свойства. Здесь для обеспечения необходимой однородности используется радиотелескоп. Вы видели линзу, впаянную в верхнюю часть яйца? Она фокусирует чистый луч на женихе и невесте внутри – сере и ртути.”. Cам Мордехай, обосновывает свой интерес Науке следующими словами:“...второй закон термодинамики: магия может быть отказником по убеждениям. Дело в том, что меня не интересует вселенная, в которой мне придётся умереть”. То есть на этом этапе, пока мы как читатель еще не знаем о твисте, кажется, что магия для аплифтов это такой способ «перебить охрану» метафизической тюрьмы (в действительности они действительно так перебили охрану тюрьмы, я думаю так в романе работает комедийный элемент). Тем более в тексте Диша-Сачетти современное скептическое и физикалистское научное мировоззрение в значительной степени рассматривается как продолжение аристотелевского проекта Фомы Аквинского. И таким образом выступает логичным продолжением христианского мировоззрения, а не противостоит ему. Магия в то же время выступает оружием против мира жестокого демиурга, обрекающего людей на страдания. Мне очень понравилась эта мысль, потому что я лично встречал людей, которые практиковали магию с похожими взглядами, и я думаю ее можно было бы развивать дальше и за пределами этого романа. В то же время Хааст объясняет свой интерес так:“общеизвестно, что вот уже двадцать лет небольшая, но влиятельная клика в Вашингтоне сжигает миллионы и миллиарды долларов налогоплательщиков, чтобы вывести нас в открытый космос. В то время как весь внутренний космос ещё только предстояло исследовать.”. То есть его взгляды это смесь дремучести, теорий заговоров и Нью-Эйджа. И это очень симптомотично, потому что именно мир секретных проектов (а проект «Паладин» — проект супер-секретный) без достаточного внешнего контроля процветает вера в торсионные поля и экстрасенсорику. Чем более проект секретен тем больше шансов, что у него будет псевдо-научное ядро.
Но у этого романа есть несколько слоев: Мордехай Вашингтон пишет роман и Луис Сачетти пишет роман. Сачетти пишет в своем дневнике обзор на роман Мордехая прямо как я сейчас пишу обзор на роман Диша. Роман Мордехая называется «Портрет Помпаниануса» и повествует о раннем фламандском художнике Гюго ван дер Госа, который заключает договор с дьяволом, чтобы на три года обрести совершенное мастерство рисунка и отправиться в путешествие в Италию, знакомиться с мастерами ренессанса. В процессе изучения рисунка Гюго понимает, “[что, задача искусства] уже не в том, чтобы отражать реальность, а в том, чтобы (по наущению дьявола) управлять ей. Искусство превращается в магию”. Тут видим возвращение к магической теме Мордехая, а также очень важную и смелую мысль о том, что задача искусства быть магией, которую легко обратить обратно, в то, что задача магии быть искусством. По истечении своих Трех лет ван дер Гос сходит с ума (тема скоротечности жизни аплифтов). С романом Сачетти все сложнее. Дело в том, что Скачетти постепено увлекается темой нацистских преступников и концлагерей и его роман называется «Бухенвальд: Комедя». Его даже удается опубликовать. Но к сожалению или к счастью, мы не видим ни текста романа, ни даже его синопсиса в дневники. Мы видим только обрывки творческих мыслей Сачетти, которые просачиваются в роман. Вот некоторые из них, думайте о них, что хотите:
- “Бог — это Эйхман в увеличенном виде... Поверьте мне, когда-нибудь Гиммлера канонизируют.”
- “Ну, если дьяволу следует воздать должное за Освенцим, то пусть будет записано, что я благодарю его и отдаю ему должное.”
- “Когда-нибудь в наших колледжах будут изучать Гиммлера. Последнего из великих хилиастов. Пейзажи его внутреннего мира вызовут лишь приятное чувство ужаса. (И, следовательно, Красоты.) Подумайте о том, что стенограммы процессов по делам о злодеяниях уже много лет демонстрируются нам в кинотеатрах для развлечения. Красота — это не что иное, как начало.”
Думайте об этом что хотите, но это напоминает выстраивание символьных рядов лагерь-нацисты-религия-наука-несвобода и магия-алхимия-искусство-свобода.
Еще я хотел бы поделиться с вами совершенно потрясающей сорокинской сценой. Когда Луис предлагает добавить в алхимическое деланье музыку, то Мордехай вспоминает как его в детcтве учили танцевать чечетку по чернобеллым записям с Ширли Темпл (с которой танцевал Кеннет Энгер). Вот что дальше происходит в романе: “Учительница показывала нам вырезки из старых фильмов с Ширли Темпл, и нам приходилось разучивать её движения, вплоть до последней улыбки и подмигивания. Когда мне было шесть, мама привела меня на шоу талантов в местный театр, которое проходило по четвергам. Она нарядила меня в этот безвкусный костюм ангелочка, весь в мишуре и ситце. Мой номер был «Я построю лестницу в рай». Знаете этот номер?»
Я покачал головой.
«Звучит примерно так…» ." Он запел песню своим хриплым, попугайским фальцетом и одновременно шаркал по ковру.
"Сукин сын!" – закричал он, замолчав. "Как, чёрт возьми, я могу что-то делать на этом чёртовом ковре?" Он наклонился, ухватился за бахрому узорчатого ковра и оторвал его от кафельного пола, волоча за собой и опрокидывая мебель.
Затем он возобновил, уже громче, свою гротескную песню и танец, размахивая руками не в такт плохо спетой мелодии. Его движения ног превратились в беспорядочное топанье. "Я доберусь туда любой ценой!" – закричал он. Вытянув перед собой обе ноги, он упал на спину. Песня переросла в мучительные крики, руки и ноги продолжали размахивать. Он яростно бился головой о кафель.”.. Не знаю что это должно значить. Возможно, что песня я «Я построю лестницу в рай» и Ширли Темпл попадает в тот же символьный ряд, что и нацисты и концлагерь.
Поворотной точкой романа становится «провальное« получение философского камня. Мордехай с криками « чернота, чернота» умирает. После этих событий пропадает Эми Баск, главный ученный лагеря и католическая женщина, которая скептически относилась к алхимическим опытам. А Сачетти снится сон, в котором он встречает святого Фому Аквинского и в конце он понимает, что тоже заражен Спирохетой. И что его дневник был частью научного эксперимента, который должен был показать, как меняется интеллект уже умного человека после заражения. Сачетти бастует и превращает свой дневник в площадку для абстрактной сut-up поэзии в духе Берроуза, «Голый Завтрак» которого даже один раз упоминается в этом романе. Или это просто следствие усиления интеллекта Сачетти. Диш откровенно упоминает материал, который он нарезает: «Потерянный Рай» Мильтона, «Путешестиве Пилигримма» Баньяна, алхимические трактаты, сочинения Фомы Аквинского и «несколько современных поэтов». Лучшие моменты этих нарезок напоминают тексты группы «Coil». И мне эта часть текста очень понравилась. И долгое «время» в дневнике мы видим только это. Но постепенно Луис успокаивается и начинает работать над арт-проектом «Музей Фактов» (потому что Хааст требует фактов), и методично перепечатывает в дневник рандомные факты из газет с минимальными комментариями. По всей видимости это и есть форма блога соответствующая максимальном интеллекту. Хааст, который требует фактов в форме простых и понятных нарративов может быть репрезентацией привередливого редактора или читателя отвергавшего пост-модернистскую литературу.
За этот период «погибают» почти все аплифты кроме Сачетти. Но покой Сачетти нарушает новая группа аплифтов, которая уже состоит из физиков, разрабатывающих оружие массового уничтожения. Физиками руководит доктор Скиллиман. Хааст просит написать про Скиллимана. И Сачетти пишет про него в дневнике нелицеприятный рассказ, в котором Скиллиман убивает своего ребенка, во время лекции о проблемах перенаселения. Постепенно у Луиса получается выстроить хорошие отношения с аспирантом Скиллимана по фамилии Шимпанский. С ним они вместе ходили слушать современного композитора Оливье Иессиана. Еще через какое-то время вокруг него сложилась небольшая группа последователей из аспирантов Скиллимана, которым он рассказывал про искусство и философию. но к этому времени Луис стал совсем больным и слабым, почти слепым. Все что у него оставалось из удовольствий в жизни это слушать музыку на пластинках и заставлять одного охранника читать ему «Логико-Философский трактат» Витгенштейна. Но Скиллиман приревновал к Сачетти своих аспирантов. Он пришел к Сачетти и прочитал сатанинскую тираду, которая сводится к тому, что во вселенной нет Бога и Рая, но есть Ад и Дьявол, потому что дьявол — это энтропия. И задача человечества в том, чтобы сделать максимально мощную атомную бомбу и взорвать планету. Потому что только так человечество может возвысится до уровня дьявола. Поэтому бросайте вашу лирику, пошли делать бомбы. Пикантности этой ситуации придает то, что Скиллиман, как и почти все другие герои в романе читают дневник Сачетти. Но в целом эту речь Скиллимана я бы назвал одной из основных достопримечательностей этого романа, может я там что-то переврал но целиком цитировать ее я не буду. То что дьявлол это энтропия — часть одного современных прочтений «Потерянного Рая» Мильтона. И в этих фрагментов, теряющий зрение Сачетти часто сравнивает себя с Мильтоном.
Cлелующий поворотный момент романа наступает тогда, когда Луис открывает свой «музей фактов» в том же пространстве где происходила постановка «Фауста» и алхимическое деланье с получением философского камня, причем с большинством декораций на месте. «Музей Фактов» в значительной степени отсылает к философии Витгенштейна, который писал, что мир состоит из фактов. Интересно, означает ли это, что Диш ставит аналитическую философию в один ряд с исторической магией и алхимией? Музей Фактов состоит из множества вырезок из газет, которые изначально кажутся совсем бессвязными, но поставленные в ряд, становится ясно, что Спирохеты вырвались из исследовательского центра и заражают Америку в масштабе эпидемии. Все это ставит амбиции группы физиков под вопрос, потому что у них больше нет критического преимущества над другими исследовательскими группами. Все дело в том, что Эми Баск как выясняется занималась сексом с Мордехаем и стала разносчицей заразы. Вот тут и начинается основная «Bug Chasing» часть романа. Читатель этого не видит, но касается этого через теоретизирования персонажей. Сачетти предполагает, что основными переносчиками заразы должны быть гомосексуалы. Он говорит: “ Мои оценки темпов распространения основаны на новом издании Кинси, поэтому они, вероятно, занижены. Тот факт, что промискуитет (и венерические заболевания) более распространены среди гомосексуалов, также может способствовать ускорению этого процесса, особенно на ранних стадиях, когда быстрое распространение имеет решающее значение. Экспонаты моего музея действительно демонстрируют преобладание «прорывов» именно в тех областях, где гомосексуальность наиболее распространена: в искусстве, спорте, моде, религии и сексуальных преступлениях.”.
В финале романа раздосадованный Скиллиман пытается убить итак умирающего от болезней Сачетти, инсценировав его побег. Наверно, за то что Луис разрушил его, Скиллимана, авторитет среди аспирантов. Хааст отказывается отдать приказ, но дает Скиллиману в руки пистолет. Но тот вместо того, чтобы стрелять по Луису, стреляет в звезды. Потому что для него Луис слишком приземленная цель. Потом Хааст убивает Скиллимана, и оказывается что это все это время был Мордехай, который переместил свой разум в тело Хааста. Потом разум Сачетти перемещают в молодое сильное и подтянутое тело охранника. Мы узнаем что у человечества все еще есть надежда, потому что группа аспирантов начала изучать медицину и искать исцеление от Спирохеты, вместо того, чтобы разрабатывать оружие. Это, конечно обещанный хэппи-энд. Но напоминаю, что всю эту информацию мы получаем из дневника Луиса. Поэтому возможно это просто его мечты, а не факты.
Лично я получил огромное удовольствие от этого романа. Возможно это связано с тем, что мы с Томасом Дишем настолько оказались на одной волне. И со мной действительно резонировали разные отсылки вроде Витгенштейна, Берроуза, Мильтона и так далее. Также я полностью следовал, создаваемому автором нарративу. В то время как более опытные читатели фантастики могли заранее предугадать и эти испортить себе впечатления. Поэтому я не уверен, что это роман всем понравится, особенно если подходить к нему с завышенными ожиданиями, хотя лично мне он очень понравился. Мне достаточно сложно сформулировать общую тему или главную мысль этого романа. Там много тут всего намешено. Но мне понравилась формулировка, что это крамольные мысли гиперразума, всматривающегося в бездну абсолютного зла и пытающегося эстетизировать его. |